Дочь Туллы

Синни едва не упав поплелась к воде.

– А ну живее шевелись! – Гаркнул Хальфар. – А то плетешься как курица дохлая.

Синни поспешила к воде. Но там она застыла в нерешительности.

– Давай-давай, – со злостью подбодрил её Хальфар, – раздевайся вся и в воду.

Синни медлила. Ей было тяжело заставить себя раздеться догола перед этими двумя чужеземцами. Вроде бы после вчерашнего это уже мало что значило, но что-то мешало. И это был не страх или стыд, а что-то связанное с гордостью.

Как будто она покорно соглашалась унизиться перед врагом, она Синни Макрой, дочь Стэна Макроя и Далиры Макрой, безропотно унижается перед чужеземцами, втаптывая в грязь родовую честь. Пусть она еще всего лишь девочка, но так или иначе она женщина клана Макроя и все её гордые воинственные предки явно придут в ярость, увидев до чего опустилась одна из их правнучек. Не то чтобы в голове Синни прямо так и звучали все этим мысли, о предках, клане и родовой чести, но она остро ощущала чувство какого-то позора и это не давало ей пошевелиться. Она услышала скрип тяжелых шагов по гальке за спиной. Обернувшись она увидела, что Хальфар с угрюмым лицом приближается к ней.

– Не надо, я сама, – сказала она и принялась расстегивать платье.

Затем замерла и посмотрела на мужчину.

– Я не могу раздеться с этим, – она указала на веревку на шее.

Хальфар долго глядел на пленницу, потом приблизился, достал нож и просунул лезвие под веревку, при этом расцарапав острием кожу Синни.

Девочка вздрогнула.

– Не дергайся. – Он перерезал веревку и угрюмо предупредил: – Попробуешь удрать, поймаю и отрежу ухо.

Синни торопливо сняла всю одежду и очень быстро вошла в озеро, подсознательно стремясь скрыть свою наготу под водой. От холодной воды у неё перехватило дыхание и казалось остановилось сердце, а в голове словно моментально прояснилось. Всякие мысли и переживания оставили её и она принялась энергично растирать тело ладонями.

Хальфар равнодушно наблюдал за её мытьём. Ему было скучно и хотелось есть. В конце концов он решил что ему нет никакой нужды столь пристально следить за своей пленницей. Она слабая, голодная, измученная, тщедушная девка и, если даже ей и взбредет в голову какой-нибудь вздор, он без труда поймает её где угодно, хоть на воде, хоть на земле. Тем более всегда можно метнуть в неё топор, в этом ему не было равных.