Убегая от судьбы

При чем чаще всего положительными: Элианиэль редко позволяла себе жаловаться. Стоит сказать, что это было оправдано потому что письма шли слишком долго, поэтому к тому времени, когда я могла бы ей что-то посоветовать, она уже решала свои проблемы сама, поэтому девушка больше уделяла внимания оптимистичным новостям.

В первом письме она написала о том, как отец воспринял то, что они привезли с собой Саймона и о том, как они вообще добрались. К счастью, всё обошлось без особых происшествий. А дальше были самые эмоциональные описания будней.

Казалось, Эли умела даже в самых обыденных вещах находить поводы для радости.

В общем, Элианиэль оставалась всё таким же маленьким солнышком, и я старалась следовать её примеру и излучать позитив. Тем более, что моя жизнь с тетушкой этому способствовала.

Даже возраст и муж-игрок, порядком попортивший ей нервы, не смогли сделать её брюзгой. Конечно, назвать её подход к жизни оптимистичным было нельзя. Скорее она была очень… практичной? Тетя всегда жила по принципу: «Мы всё равно умрем, так чего зря время терять?»

Поэтому она всегда занималась тем, чем хотелось.

Захотелось ей выучиться на травницу – она это сделала. Захотелось научиться ездить верхом – сделала это. Учиться вышивать тетя Мари не хотела, но её мнения никто не спрашивал, ведь тогда ей было всего четырнадцать. За неё всё решили родители. Они же и мужа ей нашли.

Мой дядя когда-то был дворянином, но потом начал пить да в карты проигрываться. Много вещей из дому вынес, семью ввел в растраты.

Тут уж тетя в свои руки всё взяла: чтобы покрыть долги они продали особняк, переехали в небольшой городок. Тетушка принялась возиться с травами да в огороде, чтобы хоть что-то зарабатывать. Ну, так и жили. А потом дядюшка умер.

Не сказать, чтобы Мариана была расстроена: она никогда не любила этого человека. Да и не сделал он ничего хорошего, чтобы его любили. Жалко его тоже не было – старым он был, да и пил много, так что это было естественно, что однажды он умрет.

Ну, и жила себе тетя потихоньку-помаленьку, пока мой отец ей не написал. Когда я только приехала, тетушка не сразу поверила, что я это я – личина хорошо скрывала мою настоящую внешность. Только когда я всё ей объяснила, она подуспокоилась.

Тётя научила меня всему, что знала сама. Конечно, я вряд ли смогла бы вышивать так же хорошо, как она, но даже сейчас у меня получалось довольно неплохо. Тетушка Мари меня даже хвалила за мои успехи.