Лабиринт из окон

Потом нахмурились, пытаясь вспомнить, где его видела. 

— Она подать на развод хотела. А он... И подтвердили, что она напала, а он защищался. А эта уже едет сюда вселяться. Ты понимаешь? — вытирая слёзы, сказала Даша. 

— Эта?

— Любовница отца. Как это дико! — Даша закрыла лицо руками. — Так не должно быть.

В это время вынесли крытые носилки. Следом вышли следователи. Они ничего не сказали. Пошли к своей машине. Даша только громче всхлиповать начала. 

— Садись в машину, — заставляя её подняться, сказал Илья.

Пока он узнавал, что случилось, Даша забралась на задние сидение машины. Увидев Марка, она только больше разревелась. Он обнял её за плечи и прижал к себе. Ни о чём не спрашивал. Ничего не говорил. Всего лишь сидел и ждал, когда она успокоится. 

— Можно ехать, — сказал Илья, садясь в машину. 

— Чего там? 

— Батя её мать ударил. Та головой ударилась. Так как она ещё с ножом напала, то признали самозащитой.

— Эта ерунда останется на его совести, — ответил Марк. 

— Совесть? Думаешь она есть у таких людей? Я что-то сильно сомневаюсь. Да и живётся им вполне так себе не плохо. Трофима помнишь? Синюю бороду? 

— И?

— Уже пятую жену похоронил. И всё то его убить пытаются, а потом ему деньжат отставляют после смерти. Он их прожирает и на новой женится. Соседи предупреждают дурёх. Уже и родня против него.

— Мало у него денег выходит с этого, раз пять жён похоронил, — спокойно ответил Марк. Дашу это спокойное обсуждение вывело из себя. 

— И вы так легко об этом говорите?! Это неправильно! 

— Дашут, ты не кричи. Жизнь сама по себе неправильная штука. Слишком она нелогичная, чтоб быть правильной, — ответил Марк. — Но понимать это тяжело. Ты не обижайся. А разговоры эти всего лишь жизнь. 

— Не хочу я знать такую жизнь! — сказала Даша.

— Да кто же хочет? Но нас никто не спрашивает, — ответил Марк, только крепче прижимая её к себе и гася новый поток рыданий.

Глава 15

24 ноября 2080 года. Квартира Ильи

Даша лежала в кровати и смотрела в стену перед собой. Слёз больше не было. В голове пустота. Ни одной мысли. А в душе словно появилась чёрная дыра, что поглощала этот серый мир. Даша и раньше понимала, что мир не белый и пушистый.