И это все, за что я борюсь

Я обнимал руками колени, пока по щекам лились постыдные слезы.

  О, как же, наверное, приятно сжигать этот мир! Сжигать, как это делал Солз и все мои предшественники, заодно сжигая и что-то назойливое в своей душе, что-то мелкое и подлое – именно то, что заставляло меня сейчас рыдать, как девчонка.

  Я не знал, что больнее признавать – то, что моя мать создала общество моих врагов или то, что всю мою жизнь мне врали все, включая и ее саму, и даже Энвала! Я был чертовым принцем этой страны! Мой настоящий брат – Синк, а отец – король, этот никчемный подлец! Я не готов был это признать.

  Это звучало как чья-то злая шутка, но вряд ли Цатта шутила. Это было бы слишком жестоко даже для нее. Милит сразу поверила ей, и у меня просто не оставалось выхода. Я не обвинил Цатту во лжи только потому, что Милит восприняла ее слова всерьез, и теперь я отказывался верить уже ей.

  Мне не нужно было поднимать взгляд, чтобы удостовериться, что приближающиеся шаги принадлежат ей. Я даже не двинулся с места, когда Милит подошла и медленно сползла по стене, усаживаясь рядом. Я не смотрел на нее – то ли от обиды, то ли просто не мог найти в себе силы заговорить с ней. Пусть она начнет первой.

-Если ты думаешь, что все плохо, поверь, это не так. –Тихо заговорила она. Это ли я ожидал от нее услышать? –Могло быть еще хуже.

-Да ладно! –Съязвил я, повернувшись к ней. Мой внезапно громкий голос эхом отразился в тишине, -То есть, по-твоему, все замечательно!?

  Ее рука легла мне на плечо, и я напрягся, пытаясь пересилить собственную ярость.

-Моя мать создала всех моих врагов! –С нервной усмешкой выпалил я, -Решила, что я стану королем, даже не спросив у меня! А мой настоящий отец… вышвырнул нас отсюда, как мусор! А потом и вовсе убил ее!

-Да, возможно, тебе сложно ее понять, но одно я могу сказать точно – она любила тебя, иначе бы…

-Иначе бы удавила еще во младенчестве! –Рассмеялся я, -Еще возиться с уродом…

-Заткнись! –Милит ударила меня локтем, -Ты не имеешь никакого права так говорить о ней!

-Зато я знаю, о ком я имею право говорить.

-Да успокойся же ты! –Одернула меня Милит, -Дай себе время принять это.

  Я мог бы послушать ее, мог бы замолчать и все обдумать.