И это все, за что я борюсь

За это время за мной выстроилось еще человек пять, а я сама пополнила свои знания новыми сплетнями о «Цареубийце». Многие считали, что принц Синк еще никогда не был так зол на преступника, а значит, сразу после своей коронации он изберет высшую меру наказания – восьмикружие. Я старалась считать это бредом, но никак не могла избавиться от мысли, что теперь Синк способен на все. Еще никогда мне не было так страшно за Бейва.

  В Зотерской империи все, что связано с восьмеркой, несло в себе скрытый подтекст бесконечности.

Именно поэтому самая страшная казнь состояла из восьми этапов, последний из которых заканчивался отсечением головы. И, по моему мнению, для преступника этот этап был настоящим облегчением, потому что все то, что предстоит пережить перед этим, не могло сравниться даже с адом.

  Целью восьмикружия было показать всю низменность осужденного, его животное нутро, обличить каждый порок перед глазами сотен зрителей.

Из-за своей отвратительности и жестокости этот вид казни использовался крайне редко, и я, к большой радости, ни разу в жизни не видела этот ужас на практике.

  А в теории он представлял из себя восемь выходов осужденного на эшафот с перерывами в десять дней. За восемьдесят дней истязаний, голода, унижений и всяческих других лишений любой человек утратит свой человеческий облик и станет вести себя как загнанный зверь. Это делалось для того, чтобы разжечь еще большую ненависть зевак к преступнику.

Ликование людей и радость от страданий осужденного будет усиливаться с каждым новым этапом, и к концу они будут жаждать отсечения головы как голодные дети конфету.

  Восьмикружие представляет из себя настоящее торжество жестокости и бесчеловечности, и я не могла даже представить Бейва на месте осужденного. Он не вынесет всего этого, не переживет даже первый этап, и не из-за физической слабости, а из-за того, что настоящий герцог, коим он и являлся, никогда не падет так низко.

  Мое сердце колотилось в груди, как бешеное, боль билась о стенки черепа в такт сердцебиению. Мне было так плохо, что я боялась рухнуть в обморок.

  Нет, это неправда. Синк не так жесток. Он не станет выставлять Бейва порочной тварью перед людьми, с него и так хватило постыдного прозвища Цареубийца.

  И все же какая-то часть меня не верила в это.