И это все, за что я борюсь

Она пыталась скрыть свою усталость, но получалось как-то не очень убедительно.

-Нет. И да. Не знаю. –Я прислушался к своим ощущениям и в очередной раз признал, что это ничего не дало, -Не могу разобрать.

  Милит ничего мне не ответила. Ее взгляд снова устремился в потолок, а потом девушка и вовсе закрыла глаза, расслабившись в мягком кресле. Где-то через минуту Милит уже спокойно сопела во сне, а я сидел истуканом на месте, боясь разбудить ее малейшим шорохом.

  Особняк Савельти состоял из трех этажей, каждый из которых вмещал в себя около десяти гостевых комнат, подобных нашей с Милит.

Странно, что хозяин поскупился и не предоставил мне и моей телохранительнице отдельные покои. Я не придал этому значения, хотя мог бы. Наверное, где-то в глубине души мне хотелось находиться рядом с ней постоянно, то ли из соображений безопасности, то ли из-за привязанности, которая опутала меня прочными нитями всего за неделю.

  Я долго стоял возле большого окна, из которого виднелся сад, украшенный камнями и витиеватыми дорожками, посыпанными галькой.

Нечто похожее, судя по всему, было в замке, там, где Милит каждое утро выжимала из меня все соки. Дальше, до самого горизонта тянулись силуэты вековых деревьев, в закатном солнце их кроны стали такими темными, что я с легкостью признал бы их черными.

  Весь вечер за дверью слышались какие-то голоса, хлопали двери и гремели чьи-то шаги. Похоже, к Савельти действительно съезжались гости. Я даже пытался подслушать некоторые разговоры, но в том крыле, куда нас поселили, как назло, не появлялся почти никто.

Максимум, что мне удалось услышать, это разговор двух слуг о чьем-то багаже, который предстояло тащить на третий этаж.

  Похоже, Милит уснула крепче, чем мне сначала показалось. Тянулись часы, а она никак не желала просыпаться. Наступил вечер, я успел проголодаться, причесать свою непослушную гриву, изучить комнату вдоль и поперек, а она никак не пробуждалась. Разбудить ее я тоже не решался – как-никак, девушка устала гораздо больше моего.

  Я догрызал пятую сухую галету, когда Милит заворочалась в кресле и, дернувшись, как от испуга, открыла глаза.

-Бейв? –Раздался ее шепот.

  Я дожевал пресную галету:

-Я здесь. Ты уснула.

  Девушка рывком поднялась с кресла:

-Уже стемнело. Почему ты меня не разбудил!?

-Потому что нас пока никто не трогал. Будто Савельти забыл о нас…

-Не нужно было мне засыпать…

-Нужно. Ты устала.

-Плевать.