Я, утопленник

Поспи, к утру сил и наберешься, — Архип поерзал на песке, устраиваясь поудобнее, положил голову на камень и заснул. 

Я огляделся. Похоже, ничего другого мне не оставалось. Я ослабел так, что одно лишь воспоминание о суше вызвало во мне нервный спазм. Кажется, я медленно, но верно перерождаюсь. Скоро и, правда, наверху жить не смогу. Да что же это такое!?

Силы возвращались не так быстро, как хотелось. Я клял свою самонадеянность и злобу. Кому ты что доказал? Кто узнает, что я все разгромил? Расскажу — никто ведь не поверит.

Игрался с магией, как Бильбо с кольцом. И что? Легче стало? Ведь не ребенок, должен понимать, что за все платить придется...

               Полночи я восстанавливался, затем знакомой дорогой поплыл к дому. Теперь проще, у меня опыт есть, посмеивался я над собой, второй раз пробираясь домой голышом. Эксгибиционист несчастный.  

И на этот раз повезло. Утром пошел дождь, и прогулка по суше оказалась легкой и приятной, если не считать очумелой собаки, гнавшейся за мной несколько кварталов.

Помог водяной столб, наскоро созданный из большой лужи. Получив водяной палкой по хребтине, собака взвизгнула и ретировалась.

               Соседку ждал долго, а когда она вышла на лестницу, едва успел произнести нужные слова и кинулся к закрывавшейся двери. 

               — Не закрывайте!

               — Ой, это ты! — охнула Наталья Сергеевна.

— Напугал. Ты откуда?

               — Работал. В ночную смену, — деловито пояснил я, чувствуя, что начинаю привыкать к вранью. А что делать? Се ля ви. Или точнее: се ля морте. 

               — Андрей, а ты ничего странного не замечал? — спросила соседка.

               — Нет, а что? — подзарядившись под дождем, я уже не боялся, что магическая пелена раскроется в самый неподходящий момент.

               — Вчера ванная была закрыта, вода льется, а внутри — никого!

               — Как так? — меня распирало от смеха от таинственного тона соседки, но я держался.