Цветок дьявольской ночи

Семья, в которой он работал и жил в первый раз, была семьёй алхимиков. Там к нему относились как к личности, как к члену семьи. Его обучили разным видам магии.  Вот только из-за того, что он был демоном то людская магия ему не особо-то и давалась. Но всё равно, так или иначе, Дэймон запомнил каждый прием и поэтому легко мог научить кого-нибудь. Это было темное и жестокое время, когда на алхимиков велась охота.  И вот спустя несколько десятков лет, в семье Дэймона, там где он жил, в третьем поколении, после его прихода, сожгли на костре, как еретиков.

Дэй очень сильно горевал, но когда он стоял на площади, где горели прикованные, близкие ему люди, то он было хотел разорвать каждого человека, что "любовался" этим зрелищем. Дэймон хотел убить всех, кто причинил боль его семье, но он прочитал по губам последние слова хозяйки той семьи, где он жил: "живи для себя и радуйся. А мы будем рядом". Это было последнее, что он смог распознать из-за дыма и пламени, сквозь толпу ликующих людей. Но за сотни лет Дэймон так и не смог понять, почему люди так ужасно относятся к тем, кто хоть как-то отличается от них или пусть не похож даже цветом кожи или глаз. Люди на корню срезали все эти прекрасные цветы, которые вырастали среди одинаковых кустарников. Дэймон видел общество людей как поле. В люди одинаковые кустарники или сырники. Но были и отдельные индивидуумы прекраснейшие цветы: розы, ромашки, простые или сложные, лёгкие или элегантные, но если они хоть как-то отличались от окружающих их сорняков, то сорные растения перебивали всю систему корней и прекраснейшее создание природы погибало. И так продолжалось до тех пор, пока он не встречал новую семью. Ведь когда он попадал в новое окружение, то переставал мыслить так банально для него. Ему казалось, что он находится в окружении прекраснейших цветов, изысканных и разных. Но всё заканчивалось всегда смертью. Дэйни не мог не привязываться к ним, к тем, кто протягивает ему руку помощи, не привязываться сердцем и душой. Ему казалось, что все вокруг умирали только из-за него. Но он не мог обойтись без людей, не мог перестать смотреть на них, как на цветы, которые менялись каждый сезон.Вернемся в реальность. Дэймон вспомнил свою первую семью. Он, улыбаясь, поднял глаза к небу, и тихо, едва ли слышно для самого себя, шепнул:- Я живу, Марианна... Живу...

После этого на его лице дворецкого расцвела мягкая и добрая улыбка. На это всё смотрела Жанетт.