Цветок дьявольской ночи

Я связывал их в одну нить, а затем, обмотав вокруг ладони, связал красно-черной нитью, лежавшей в моем кармане. Секунду! Это ведь моя нить!Демоны могут собирать свою нить Судьбы, Души и Жизни и хранить её, носить с собой, для того, чтобы его никто не мог поймать, увидеть, связать с кем-нибудь. Ведь у каждого существа есть всего одна нить Судьбы, Души и Жизни. Но я совершил огромную ошибку и связал свою душу с душой этой девочки. Ну, радует одно, она не умрет в течение ближайших пары веков. Хотя всё зависит от обстоятельств.

Кто знает, что может случиться завтра?«Почему я вообще решил её спасти?»Этот вопрос не выходил у меня из головы. Но я решил потом об этом подумать и, взяв маленькое и крайне лёгкое тело девочки, которое уже практически не истекало кровью, понёс в свой дом. Я живу на краю Лондона, в паре километрах от города, в огромном старинном особняке семьи, которой я служил дворецким, в течение многих лет. Но произошёл пожар. Вся семья и дом сгорели, а я ничем не смог им помочь... Я до сих пор виню себя в этой утрате. Они были моей семьёй. Я так их всех любил. Временами я плачу от тоски по ним. Но я лью слезы тихо и совсем не слышно, что бы ни в коем случае не разбудить их едва ли упокоившиеся души. Ведь плачь демона это единственное, что может вернуть к жизни. Если демон будет лить слезы именно из-за определённого умершего, то его дух может вернуться в остывшее и холодное тело, но об этом знаю только я. А поскольку тела тех людей сгорели, то их души не смогли бы воскреснуть и были бы обречены на вечные скитания в мире боли и тоски. А всего этого я не пожелаю никому.После пожара я отстроил дом заново. Сам. Без чьей-либо помощи, потому что это была лишь моя вина. И не чья больше. А иногда, когда я брожу по особняку, то слышу голоса, детский смех, разговоры господина и госпожи. Они зовут меня к себе, но стоит мне прийти в ту или иную комнату, откуда слышен зов, то всё стихает. Я им частенько рассказываю о том, что происходит в городе. Надеюсь, они не будут против маленькой гостьи. Итак, спустя несколько часов долгой ходьбы по городу, затем лугу, и, в конце концов, лесу, я добрался до своего дома вместе с маленькой гостьей на руках. Она всё ещё была без сознания, но её дыхание нормализовалось. Девчушка была маленькой, теплой, аккуратной, словно теплая фарфоровая, дорогая кукла, выполненная самым искусным мастером.

От лица девчушки:

Я помню только, как стояла на краю крыши и меня столкнули, а дальше пустота, тьма, холод. Я поняла, что умираю.