Грани Обсидиана. История Берты

– Тебе знаком этот конь?

Берта хмыкнула:

– Встречались.

– И хозяин известен?

– Немножко, – уже осторожнее сказала Берта – мало ли. – Эрином назвался.

Пауза. Вроде ничего такого в этом лошаднике нет, мужчина как мужчина, среднего роста, внешности обычной, но смотрит так, что понимаешь – не прост. Здешний староста? Родня Эрина?

– Значит, вы встречались… – повторил Гэтин, словно про себя.

– Раз или пару видела, – быстро сказала Берта. Может, не стоило и вовсе Эрина упоминать: мол, коня помню, всадника нет.

– Ну так, – сказал мужчина, что-то про себя решив. – В другой раз к лошадям не лезь. Пограничные кони чужих к себе не подпускают. Покалечить могут.

– А я ей говорил! – воспрял духом «недоумок». – Да и вообще, нужно разобраться, кто и откуда она такая нахальная!

Берта хмыкнула:

– Ну так иди ноги лошадям пересчитай: а вдруг я одну умыкнула! – и пошла прочь, не слушая, что там «конюх» кричит ей вслед срывающимся от обиды голосом.

***

– Идут… идут…

Эти слова перелетали от ряда к ряду, а вслед за ними распространялась тишина: как будто раз – и не стало на площади только что гомонившего народа. Все поспешно расступались, убирались за прилавки. Лишь невнятное бормотанье, иногда оплошный, тут же заглушенный кашель, да скрип снега под переминавшимися ногами. Когда прилавок затрещал под тяжестью навалившихся на него любопытствующих краинцев, староста Акке оглянулся, цыкнув гневно.

– Ой, боюсь-боюсь! – шептала Гутрун, цепляясь за тулуп Моди и выглядывая в проход одним глазком. Моди приосанился, поглядывая на девушек снисходительно. Берте было тоже боязно, но прятаться она не стала: вот еще! Наоборот, сдвинулась ближе, вытягивая шею. Заметила, что торговцы вокруг поспешно перекладывают свой товар, выступивший вперед староста тоже поправлял то да се. Дядька Вагни, подружкин отец, пояснил тихонько:

– К кому Волчьи лорды первыми подойдут, у того продажа сладится.

Ох ты! Берта вспомнила о сберегаемом от лишних глаз товаре. Знала бы, наперед выложила, пусть бы даже староста потом отчехвостил. А ну как придется вернуться домой ни с чем? Берта дернулась было назад, к вещам, да Моди прошипел:

– Чего мечешься? Замри! Вон они уже!

Берта и без того застыла. И впрямь – вон. То есть вот.

Впереди Пограничников шли двое – мужчина и женщина. Владетели, надо полагать.