Грани Обсидиана. История Берты

Стало захватывающе-возбуждающе-страшно. Казалось, она сама превратилась в дикую кошку – кусающуюся, царапающуюся и ластящуюся одновременно. Открывая глаза, девушка видела расцветающий и гаснущий мир, зажмуренные, словно в боли, веки Эрина, слышала свист и крики людей, хлопки и треск разрывающихся огней…

В глазах аж потемнело от поцелуев, стискивающих ее рук, бешено колотящегося сердца, шума крови в голове. Но, оказывается, просто перестали взлетать шутихи. Тьма как будто и Эрина отрезвила – парень отодвинул ее на расстояние вытянутых рук.

Отвел взлохмаченные пряди волос: надо переплести косу… Пальцы его подрагивали. Сказал негромко, но Берта услышала его сквозь громкие голоса и улюлюканье возвращавшейся на площадь толпы:

– Пойдем?

– Куда? – шепотом спросила Берта, хотя на самом деле ей было все равно – сейчас он мог увести и завести ее куда угодно далеко. Парень вновь повернул ее, послушную, словно малый ребенок, к площади.

– Прыгать через огонь.

Главный костер догорал. Его повалили под крики, свист и улюлюканье, искры разлетелись по всей округе; народ, заслоняясь, отпрыгивал и ругался.

Подбросили дров еще, пламя вновь взметнулось – не такое высокое, как до этого, длинно растянувшееся поперек площади.

– А тебе можно? – спросила Берта.

Эрин усмехнулся.

– Теперь – да. Смотри!

Первая пара, взявшись за руки, прыгнула через костер. Окружающие захлопали, встречая их успех: первый прыжок – и удачно, хорошая примета. И пошло! Пары прыгали так и сяк, кто-то с испугу притормаживал у самой кромки, кто спешно тушил загоревшиеся юбки или затлевшие подошвы обуви.

Уже и пожилые стали в шутку преодолевать костер – там, где поуже и пониже. Как закончились парочки, ребята без подружек принялись показывать свою удаль: подбросив дров, кувыркались через взметнувшийся костер – и просто, и с поворотом…

Эрин крепко сжал Бертину руку, длинно вздохнул, точно набираясь мужества или что-то про себя решая.

– Идем!

Перед костром аж дух захватило: пламя казалось таким высоким, искры устремлялись в самое небо (приметив запоздавшую парочку, шутники услужливо разворошили горящие дрова и угли).

Берта поддернула юбку, заткнув ее за пояс, Эрин поудобнее перехватил ее ладонь со словами:

– Не бойся. Со мной тебе нечего бояться.

Каждый раз при виде эриновской улыбки казалось, что та для него непривычна: словно до этого парень никогда или очень редко улыбался. Несмелая, слабая, подрагивающая, сначала она сияла в его глазах, потом, словно спохватившись, касалась и губ.