Грани Обсидиана. История Берты

Значит, как тут заведено, придется сидеть безвылазно по домам, не то, что со двора, даже за порог носу не показывая! Загодя натаскали воду, дрова, расчистили тропки до дороги и нужника, хотя все равно за эти три дня напа́дает, уж больно в здешних краях зимы многоснежные, пупок надорвешь, лопатой махая!

А в Краинке в полнолуние посиделки, подружка Гутрун уже на лыжах прибегала, зазывала с ночевьем на трое суток. И хочется: зимний день короток, только дела переделаешь, а уже темень падает, и сидишь взаперти долгими вечерами лицом к лицу с семьей при чадящей лампе или вовсе при лучине.

А на вечерках и поболтать, и посмеяться-поплясать можно, да и людей полный общинный дом. Родительница отпускала и даже выпихивала, но Берта скрепя сердце отказалась: колется опять же, уйдешь – и думай потом, как там они без тебя, немощный старик, одинокая женщина, да девчонки мал мала меньше.

– На ярмарку вон лучше съезжу на Зимний поворот.

Мать опять заругалась: вот что у нее за дочь такая уродилась! Только бы по лесу шастать, бирючка, как есть бирючка! Берта когда отмалчивалась, когда огрызалась.

Хотя хорошие знакомцы у них появились, Краинка еще не стала родной. И спустя десяток лет будут показывать через забор на подросших сестренок: а, это те пришлые, которых сюда вдова на корове привезла!

Да и вообще Берта измыслила, как отблагодарить того Эрина, если все же еще объявится. Задумала связать рукавицы, да не с собачьего пуха, а с белой овечьей шерсти, которую привезли еще с родины: второй год спряденная лежит, того гляди, моль сожрет.

Вот как раз в полнолуние и будет время заняться.

Даже в краткие подслеповатые зимние дни навязалось немало: аж руки горели от спиц и шерсти. Часть самим, часть в подарки кому, на ярмарку скорую опять же… Берта долго выбирала, какой узор пустить: снежинки-цветочки? Парню вроде не пристало. Простой привычный орнамент? Скучно. В конце концов вывязала гроздь рябиновую. Полюбовалась: издали и впрямь рябинка, ягода к ягоде. А если не по нраву придется, заранее – на всякий случай – рассердилась Берта, пусть своей зазнобе передарит! Если найдет, конечно, зазнобу с такими же ручищами…

На третью ночь луна пошла на убыль еще для глаза незаметно, а Берта уже вставала в спящем доме у узкого окошка, выглядывая нежданного-незваного кормильца.

Даже Тура на всякий случай на цепь посадила: а ну как кинется, порвет? Не привыкший к привязи пес глядел укоризненно: мол, зачем, хозяйка, позоришь, никуда не убегу я от вас, вздыхал и лез в утепленную конуру.