"Переверните облака"

У тебя телефон молчал. А Лика в трубку одними междометиями да предлогами сыпала.

Юноша усмехнулся.

– Причем из предлогов были исключительно «в» и «на».

- Ну, других слов просто нет, - вздохнула я и поведала приятелю обо всех приключениях и жутях прошедшего дня и ночи. – И что ты обо всем этом думаешь? Фу ты, черт! Мотька, хватит уже греметь!

Я крикнула так потому, что Ираидина кошка опять настырно просочилась в комнату и принялась играть сама с собой в футбол, гоняя по полу какую-то мелкую железную штучку. Наверно, я подобрала с пола не все барахло, которое нечаянно вывалила из ящика комода.

Нахальное животное не обратило на мой крик ни малейшего внимания. Мотька лихо поддала лапой, и железячка подлетела прямо к дивану.Петя наклонился, подбирая кошкину игрушку. И удивленно сказал:

- А что это у вас гитарные колки на полу валяются? Да еще и странные такие…

- Гитарные?! – ахнула я, вертя в руках золотистый кусочек металла, один край которого имел нарезку, как у болта, а другой украшало загадочное изображение.

Нечто с крылышками. Тут в памяти смутно завозились образы из почти удалившегося в подсознание сна. Но толком я ничего не припомнила и в очередной раз призвала на помощь квартирную хозяйку. Ираида с задумчивым видом повертела в руках непонятную штучку.

- Должно быть, от Фильки осталось, – вынесла она вердикт. – От Феликса, покойного, то есть, папаши Ванькиного. Он все коллекционером заделаться пытался – это у него семейное. А так как деньжонок на закупку крупного антиквариата явно не хватало, собирал всякую мелочь.

Но только чтоб с виду интересная была. Пуговицы там, ключики необычной формы, замочки всякие. Поди, и эту фитюльку где-то на барахолке купил.

- А как же он у вас оказался? – хором воскликнули мы.

- Так Фаина ведь увлечение это, мало сказать не одобряла, терпеть не могла! Где видела Филькины ухоронки, сразу все его раритеты в мусорку кидала. Я ж тебе говорила – с бо-ольшой придурью дамочка была! Вот папаня Ванькин слезно и умолил, чтоб его барахло у меня хранилось.

Хм! Его уж нет давно, а вещички эти то и дело в моих завалах всплывают.

- Ясно, - вздохнула я, продолжая рассматривать необычной формы колок. – Однако, похоже на ручную работу.

- Интересно, какого века мастер делал? – задумчиво поинтересовался Пьеро. – Больно тонкая да вычурная работа. Кстати, уже во второй половине девятнадцатого века так никто не заморачивался.

Ничего не выяснив, я пожала плечами. Поискала глазами, куда бы положить красивую вещичку.