Замуж за монстра

— Ух, как вы быстрая, Хозяюшка!

— Прости, я не сказал, что торопиться не обязательно было. — виновато улыбнулся муж.

— Фух! — я упала рядом с ним на лавку. — Ну и хорошо. А если серьезно, что случилось то?

— Ась, — посерьезнел Ной. — У нас с Главой Тихомиром…

— Да хватит вам уже! — воскликнул вдруг мужчина. — Глава, да Глава! Называйте уж по имени! А то, как вам, так не кланяйся в пояс, да не бойся. А как меня — так развели политесы. — пробурчал он.

— Хорошо. — кивнули мы.

— Так вот, — продолжил Ной. — У нас с Тихомиром возникли подозрения, что тебе может угрожать опасность.

— В смысле? — не поняла я. — Какая? Откуда? Как вы вообще к этому пришли?

— Дней десять назад детвора выловила из реки это. — муж положил на стол расписной платок.

Шелковый.

— Это ведь просто кусочек ткани? — растерянно смотрела я на него. — Верно?

— И это. — вздохнул Ной, кладя рядом деревянный медальон.

— Что? — сердце обмерло, а руки потянулись к знакомому… нет. — Нет. Это не тот. Но невероятно похожий. Но что это значит?

— Хозяюшка, — тихо заговорил Тихомир.

— Платок женский. Роспись — богатая, царская. А врата — Арленские. Двухцветное дерево — земные. Кто-то ищет землянку. И не из тех, что попал сюда да давно живет, а новую. А из новеньких — только ты, Хозяюшка.

— А вдруг это просто совпадение? Кто-то принес с собой портал и потерял его? У меня ведь тоже такой был. В Арлене друг дал. — я строила предположения, но боялась, что все это лишь отговорки. — А платок — ветер унёс у кого-то.

— Все бы так, — Ной хмуро смотрел на медальон-врата, — но ткань.

Такая есть только у песчанников. И ею они не торгуют и не дарят никому. Никогда. Потому что такой платок может быть только у жены Правителя Пустыни. И врата. Ты получила их от друга. Тайно. Это — исключение. В Арлене такой медальон можно получить либо украв, что очень сложно, либо купив. Да и продадут не всякому, а очень сильному и высокопоставленному разумному. Опять же — Правителю. Или кому-то с такой же властью в своем мире. И его не могли просто так потерять. Это было сделано нарочно.

— Но для чего?

— Предупреждение. Угроза. Раз вещи дошли по реке так далеко, а пустить их могли только с границы, то им позволили это сделать.

— Но разве не было бы логично не предупреждать?

— Не в том случае, когда противник силен. Я знаю. — вздохнул Ной. — Я и сам так когда-то делал. Ты играешь. Предупреждаешь и пугаешь, чтобы твой противник начал метаться, пытаясь уйти от тебя, и совершая ошибки. А потом ты его ловишь.