Замуж за монстра

— Ну ничего себе!

Позади нас действительно шла волна. Пласт воды, ровнехонько, не покидая берегов речки, следовал за нашей лодочкой.

— Ася, — послышался напряженный голос мужа.

— Да? — встревожилась и я, поворачиваясь к нему.

— Что-то не так.

Ной подобрался, точно хищник перед прыжком. Это было почти незаметно, но для меня ощутимо. Его глаза потемнели, становясь опасно стальными.

— Что именно не так? — негромко спросила я, вглядываясь вперед и уже видя причину. — Это туда мы плыли?

— Да.

Впереди виднелись домики.

На этот раз не дерево, камень. Но в воздухе отчетливо запахло золой. Пепелищем. А поселение выглядело опустевшим. И когда мы подплыли, стали видны разбитые окна с пятнами сажи.

Встречать нас никто не вышел.

— Ной?

— Останься пока возле реки. — бросил мне муж и взвился вверх, осматривая все с высоты.

Через несколько минут он спустился.

— Никого нет. — выдохнул Ной. — Вообще. То есть, трупов тоже. Скорее всего, жители ушли в горы. Но что тут произошло узнать надо. Не похоже на место боя.

Мы поднимемся к устью реки. Если и уходить, то только туда. А пока…

Он вновь взлетел, а от воды вдруг отделился поток и хлынул, вгрызаясь струей в землю и скалы, холодной змеей оборачиваясь вокруг деревни и замыкая петлю.

— Вода расскажет, если тут кто появится. — негромко бросил он.

Я не боялась мужа, но вот сейчас не хотела бы оказаться его врагом. Я не могла до конца понять его чувства, но даже у меня в душе поднималась ярость, стоило мне подумать о людях, что тут когда-то жили.

О женщинах, стариках, детях!

Осталось лишь пепелище и обугленные камни.

А мы отправились дальше. Выше. Холмы сменялись скалами и лесами. Речушка становилась все уже и уже. И, наконец, дальше плыть было уже просто неудобно. И мы с Ноем взмыли высь.

В горах становилось холоднее. И ветер — безжалостнее.

— Там! — я заметила тонкую струйку дыма среди деревьев. — И река как раз с той стороны.

— Да, возможно.

Дымок был настолько жалким, что сердце сжималось. А когда мы подлетели ближе…

Шалаши.

Землянки. Что-то, смутно напоминающее палатки. И люди. Грязные, голодные, печальные.

Мы приземлились прямо посреди лагеря.

— Хозяин? — стали оборачиваться люди.

— Что случилось? — спросил муж у них.

— Мы и сами толком ничего не можем сказать, Хозяин. — ответил кто-то из толпы. — Проснулись среди ночи. Огонь. Дым. Крики. Схватили, что первое под руку попалось. Вот. — парнишка, почти подросток, обвел рукой вокруг. — Что осталось от нас.