Замуж за монстра

Хорошо, а вот Ами мне сказала, что рядом с тобой на нашей свадьбе стоял песчанник, его внешность легко запомнить. Сингх… Знаешь, у меня в моем прошлом мире был… ты чего улыбаешься? — споткнулась на полуслове я, поймав взглядом его почти счастливую улыбку. — Я что-то не то сказала?

— Нет. Все хорошо. — Ной так тепло смотрел на меня, что я устала смущаться. — Рассказывай, я слушаю.

— Так вот, в одном из фильмов был персонаж с таким же именем. Он конечно классный, но злой. Этот такой же? Просто он так посмотрел на тебя…

— О, нет.

Сингх — джин. Мы называем песчанниками всех, кто живет в Пустыне. Там много джинов, огненных, ветряных, и, непосредственно песчаных. Не стоит им приписывать какие-то волшебные силы. Почему-то все земляне, кто попадает сюда, ждут чудес и волшебства. Но если у нас и есть что-то, что не подвластно простому человеку, то как правило, это касается нас и нашей семьи, в некоторых случаях — нашего дома и его обитателей. Как в нашем с тобой случае. Ты — моя жена. А потому дом и вода будут слушаться тебя почти в такой же степени, как и меня. Но в то же время работники дома также имеют определенные привелегии. Большую часть их работы облегчает способность повелевать водой. Однако, никто из них не сможет причинить вред тебе или мне, а также друг другу. Как впрочем и ты тоже не сможешь причинить вред мне, если захочешь когда-нибудь.

— С чего это я должна хотеть тебе навредить? — меня немного оскорбило и обидело это его предположение.

— Ты — нет. Но в нашем мире много разных существ, и некоторые могут подчинять разум.

Я не знаю, способна ли ты защититься от этого, поэтому…

— Это не причина так меня подозревать. — пробурчала я.

Ной ничего не сказал, только обнял. Кстати, слегка странно обниматься на высоте… не знаю, сколько тут точно, в общем, на высоте птичьего полета, когда у тебя под ногами нет никакой опоры.

— Прости. — негромко послышалось от уткнувшегося в мои волосы Ноя.

Думаю, он понял, что я хоть и глупо обиделась, но это извинение было очень приятно.

Кошмар! Кто-нибудь! Я начинаю вести себя как девушка-блондинка-ребенок! Критическое мышление под воздействием эндорфинов уничтожается напрочь! Где та Ася, которая могла хладнокровно все выслушать, а потом при необходимости еще и поставить на место парой слов?

Ох, жееесть…

Ой, кстати, а кто же был тот второй тогда, которого я на лицо запомнить не могла, да и до сих пор не могу?

— Ной, — я подняла голову, привлекая внимание мужа. — А кто был второй человек.