Рожденные из пепла (Книга 2)

Этот звук словно пробудил мои внутренние резервы. Я стала сопротивляться урагану, стремясь выбраться, протягивая в темноте руки и пытаясь за что-нибудь ухватиться:

– Не отпускай меня, – хотелось крикнуть мне, но голос меня не слушался.

Краем глаза я заметила небольшое движение справа и повернула голову. Это была мама.

– Мамочка? Ты откуда? – обрадовано спросила я.

Она с нежностью посмотрела на меня.

– Я что умерла? – уточнила я.

В ответ она отрицательно покачала головой, подняла глаза и, взяв меня за руку, потянула вверх.

Ее белое шелковое платье струилось точно сизый дым, длинные волосы развевались от сильного потока воздуха.

– Тебе еще рано умирать, моя девочка. Впереди у тебя много удивительных событий и прекрасных моментов, – шептала она. – Ты будешь счастлива и обязательно найдешь свою любовь.

Рядом с ней я почувствовала себя спокойно и безопасно. У нее был бархатный и нежный голос, в который хотелось окунаться вечно. Мне было хорошо и спокойно. Но вдруг голос ее начал удаляться.

– Мама, мамочка! Не уходи! – кричала я, пытаясь удержать ее руку.

Она стала превращаться в маленькую точку, пока совсем не исчезла. Повернувшись, я зажмурилась, таким ярким казался свет, к которому мое тело полетело на огромной скорости.

Когда я пришла в себя, все казалось мне туманным и совершенно нереальным. Я словно плыла в клубах плотного марева. Распахнув глаза, я начала приходить в себя и стала оглядываться по сторонам. Было очень светло, по светло-серым стенам беззаботно плясали солнечные зайчики, отражаясь от зеркальных поверхностей небольших шкафов.

Я оказалась в огромной просторной комнате и ощущала себя бестелесной. Словно каким-то чудом мне удалось порвать цепи, связывающие меня с земными печалями и страданиями. Я ощущала себя так легко, что на мгновение мне даже показалось, что я все-таки умерла и очутилась на небесах. Но мое благостное оцепенение прервал земной звук – слабое покашливание.

Повернув голову влево, я увидела отца, сидевшего рядом с моей кроватью и смотревшего прямо на меня.

Он выглядел усталым и измученным. Отец улыбнулся мне и нежно провел рукой по моим волосам:

– Ну, как ты, родная?

Я улыбнулась в ответ и попыталась встать, тут же сморщившись от острой боли в груди.

– Тихо, тихо, тебе еще рано вставать, – произнес он.

– Где я? – прошептала я.

– Ты в лазарете.

– Давно?

– Уже неделю, - проговорил отец. – Ты что-нибудь помнишь?

Я наморщила лоб, пытаясь восстановить в памяти последние события.