Озеро в твоих ладонях

Она ездит сюда как только может часто, хитростью и чуть ли не шантажом вымогает у своего гастроэнтеролога направления, а потом рассказывает всем, кто попадется под руку, страшные легенды об этом озере – гениальный маркетинговый ход, вам не кажется? И меня, так кстати подвернувшегося под руку, тоже беззастенчиво использует как инструмент продвижения своих книг. Я-то не возражаю, с меня не убудет… Но вас мне почему-то стало немного жаль. Вы ведь попались на ее удочку, я так понимаю?

Марина вдруг почувствовала неожиданный укол обиды и легкого раздражения.

Ну вот зачем он так некстати влез со своими рациональными рассуждениями и оборвал паутинки ее любопытному паучку?..

– Да, попалась, – сухо проговорила она. – И предпочла бы, если вы не возражаете, еще немного потрепыхаться на крючке.

– О, прошу прощения, – мужчина примирительно поднял руки вверх, – я не хотел вмешиваться, не хотел врываться в ваш мир. Если уж вам так в нем понравилось… Простите ради бога, я не хотел… – судя по голосу, он искренне раскаивался в своем разоблачительном высказывании.

Поднявшись с земли, он слегка поклонился и собрался уходить.

– Да ладно, чего уж там, – улыбнулась Марина. Ей почему-то теперь стало жаль уже его – невольного разрушителя сладкого и жуткого наваждения. – Я вас прощаю. Хотя именно вы-то должны были меня понять, я же видела, что вы читаете за едой…

– О да, – мужчина с облегчением улыбнулся и снова опустился на землю рядом с Мариной, – я люблю подобные книги.

Истории волшебные и научно-фантастические, жуткие и добрые, логичные и безумные… Всех видов и сортов. Они помогают мне не захлебнуться в океане реальности.

– Вот и мне так же. Единственное, что остается человеку, которого ничего в реальности не радует… – Марина замолчала.

– Так-таки ничего? Работа, друзья, семья?

– Друзья – пожалуй. Но с работой и семьей времени на них практически не остается. Да и семья… Не знаю, что вы подразумевали под этим словом, но вся моя семья – это мама, – Марина произнесла это и сразу же пожалела о своей откровенности, уловив мимолетный взгляд, искоса, украдкой брошенный на нее.

Еще чего не хватало…

– Насколько я понимаю, Северина рассказала вам о… моей семейной истории? – мужчина задал этот вопрос ровным и спокойным тоном, но Марина все же уловила в интонации крохотную трещинку, срыв, ноющую воспаленную царапину.

– Да, – вздохнула она, стараясь голосом выразить сочувствие.