Пленница некроманта

***

В трактире было тихо. Лишь иногда слышалась ругань трактирщика, распекающего неповоротливых помощников. Те немногие из постояльцев, что не убирались прочь при появлении некроманта, вели себя ниже травы - тише воды, кожей ощущая давящую темную ауру. Оно и к лучшему. Порой, собственный дар казался Ингрему проклятием, но так же он был полезен и с этим не поспоришь. Вот как сейчас.Некромант смотрел на мирно спящую девушку и задавался вопросом, когда она стала для него значить что-то большее, чем трофей?Когда он только увидел её на аудиенции Нафира?Или когда заметил страх в её синих глазах, там, в подземном лабиринте?Или же в тот день, когда она пришла к нему под действием любовного зелья?А, неважно.

Теперь все так сложно и запутано, что сам чёрт не разберется. Видят боги - он не хотел привязываться к девчонке. Человек независим, если его сердце свободно, а привязанность - верный путь к поражению, слабое место, в которое не замедлит ударить враг. И ударит - Ингрем в этом не сомневался. Но изменить что-то уже невозможно. Есть сущности, которым безразличны желания смертных и таких, к сожалению, большинство. Судьба, вообще, шутница... Когда она интересовалась чьим-то мнением?..Некромант нервно усмехнулся. Мни хоть тысячу раз себя хозяином собственной судьбы, а она все равно извернётся и возьмёт своё.И чуть не взяла...Он уносил Саиру из Великого леса, чувствуя, как из тела девушки капля за каплей уходит жизнь. Хрупкое бесчувственное тело в его руках не подавало признаков жизни и лишь по слабому сердцебеению и редкому дыханию можно было понять, что девушка пока жива. Благо, до трактира было недалеко и спустя пару часов Ингрем стоял на пороге когда-то преуспевающего, а теперь постепенно хереющего заведения. Трактирщик - мужчина в годах с поседевшими волосами и по форме тела напоминающий мяч из-за круглого брюха, завидив посетителя, учтиво раскланился и лишь потом обратил внимание на ношу нового гостя. Улыбка быстро иссякла.- Чем могу помочь, господин?- Нужна комната на два-три дня. - А что с госпожой?- Не твоё дело! - рявкнул Ингрем.- Да, господин! Конечно, господин! - испуганно зачастил трактирщик. - Я провожу вас, господин.Комната оказалась довольно просторная с двухспальной кроватью и балдахином. На окнах висели расшитые золотом шторы, правда, уже заметно выгоревшие на солнце. Трактирщик безошибочно распознал благородных особ и выделил самую лучшую из оставшихся комнат.Откинув покрывало, Ингрем аккуратно опустил Саиру на кровать.