На заре Шестой Расы

– Но мы очень устали, нам бы только переночевать… Мы плывем издалека…

-Я сказал – деньги вперед! - упрямо промычал бык и, нагнув голову, выставил свои внушительные рога, будто хотел проткнуть насквозь непрошеных гостей.

В это время в гостиницу впорхнула стайка кур и уток, которые, что-то кудахча и крякая, положили на стойку пару золотых украшений и получили взамен заветные ключи от номеров.

-Черт бы этих иностранцев побрал! – проворчал бык. – Ни слова на нормальном языке не могут сказать, а все туда же - на экскурсии в наш Живгород ездиют.

Сидели бы в своем вонючем Птиграде  и не высовывались. Сколько ездиют и до сих пор не удосужились наш язык выучить. Квохчут чего-то там свое. Может они меня ругают погаными словами, почем я знаю. Одно слово – клюворылые!

Но в сердитом ворчании, однако, сквозило довольство - видно, золотые вещи быку пришлись по душе. Воровато оглядевшись, он быстро спрятал их куда-то под стойку.

-Что мы можем предложить вместо денег? – спросил Радегаст, нимало не пугаясь грозного вида гостиничного стража.

Бык осмотрел гостей оценивающим взглядом и ответил:

-У твоей подруги хорошее жемчужное ожерелье. Одной жемчужины вполне хватит, чтобы заплатить за ночлег.

Дидилия спокойно стала расстегивать подарок Сварога. Радегаст, сначала запротестовавший, в конце концов согласился, что потеря одной жемчужины ожерелья не испортит.

Гостиница только с виду оказалась шикарной. Номера были облезлыми и неухоженными. Правда, с умывальником, душем и туалетом. Отвыкнув от нормальной человеческой цивилизации, уставшие от ходьбы по пыльным улочкам города животных под жарким полуденным солнцем, арии с наслаждением вымылись и улеглись в постель, которая была на удивление чистой.

Сон сморил их почти мгновенно – усталость и обилие впечатлений сделали свое дело.

Проснувшись, арии решили познакомиться поближе с Живгородом, а заодно и попытаться нормально пообедать, так как  питание всухомятку им порядком надоело.

Выйдя из гостиницы, путешественники погрузились в суету пыльных и шумных улиц.

И снова яркие картинки быта человеко-животных. Снова выразительная, громкая речь аборигенов. Снова презрительные взгляды на «уродов». Бродя по приморским улицам, арии опять натолкнулись на группу «иностранок» – кур и уток.

Те, нещадно галдя на своем птичьем языке, толкались  у киоска «Скупка золота». Получив взамен сданных  украшений кучу медных монет с изображением бараньей головы, иностранки бросились к киоскам с сувенирами.