На заре Шестой Расы

Крохотная  в объятьях воина, Дидилия, словно ласковая кошечка, потянулась и сладко зажмурилась.

-Я люблю тебя, моя малышка, - прошептал Радегаст.

-Я люблю тебя, мой храбрый защитник, - прошелестело в ответ.

-Ты почему от меня сбежала, а? Я чуть не умер от страха, когда обнаружил, что тебя нет в пещере.

-О-о! Ты тоже можешь умирать от страха? А я-то думала, что ты у меня самый бесстрашный!

-Я боюсь тебя потерять. Ты – смысл моей жизни!

-Я всегда-всегда буду твоей…

-А я твоим…

-Я буду солнцем и луной,

Я буду ветром и волной,

А  ты моим бескрайним морем…

И счастье обернется горем,

Когда и солнце и луна,

Когда и море, и волна

Вдруг навсегда лишатся моря…

Я не смогу дышать от горя…

-Ты умеешь слагать стихи?

-Да.

-Но почему я не знал об этом?

-Я тоже многого о тебе не знаю. Но нам еще предстоит узнать другу друга. Думаю, что у нас впереди немало времени  для этого.

-Для этого – да. А вот для отдыха у нас с тобой времени нет. Я отбил нападение одного отряда аквов. Но обозленные лягушки могут послать и других, более опытных, воинов.

Да и наши с тобой соотечественники не откажут себе в удовольствии поймать нас и наказать за нарушение Закона. Так что давай быстрее собираться – и в путь!

Опасения воина сбылись довольно быстро. Не успели беглецы отплыть и на километр от места стоянки, как, в очередной раз оглянувшись, Радегаст  увидел далеко позади два  катера, мчавшиеся за ними вдоль береговой линии. Погоня! Утренние часы, потерянные молодыми людьми, были с успехом использованы отрядом воинов Арианта.

Почувствовав, как напряглось мускулистое тело Радегаста, Дидилия тоже тревожно оглянулась и, увидев преследователей, испуганно прижалась к возлюбленному.  Катер беглецов еще не набрал скорости, поэтому расстояние между беглецами и их преследователями медленно, но неуклонно сокращалось.

-Они убьют нас? - обреченно спросила Дидилия.

-Не волнуйся, - обняв подругу за плечи, ответил Радегаст. - Для этого им придется очень здорово потрудиться. Со мной - меч.

Со мной- ты. А у них - только приказ и их собственные жизни, которыми они дорожат. Поэтому я буду драться в десять раз лучше, чем они. Их в каждой лодке может быть не больше четверых. Так что наши силы почти равны.  

Намеренно хвастливая речь Радегаста, как это ни странно, имела свой положительный результат. Девушка успокоилась. Для растерянной и испуганной души иногда бывает  достаточно любого утешительно слова, сказанного уверенно и мужественно.