Ксено

Эйван мельком слышал историю Грона – дед увёз их с сестрой после того, как отец друга что-то совершил, чем обесчестил весь род и за что был казнён. 

Главное же, что нравилось Эйвану в этом квартале, – здесь никто ни на кого не косился. В краю, где каждый – чужеземец, не делят на «своих» и «чужих». 

            – Ладно, пойду я, пожалуй. – Эйван повернулся к другу. – Может, успею отца повидать до того, как на службу уйдёт.

            Он врал. Юноше не хотелось возвращаться домой.

Даже несмотря на то, что отец не пил перед работой, а значит, и не распускал рук, с определённого времени в их доме стала привычной атмосфера холода и тревоги.  

– Что, даже не заглянешь в гости? – хмыкнул орк. 

– Ты знаешь, мне домой надо. 

            Грон понимающе улыбнулся. 

– Тогда ступай, – сказал он, и добавил, как бы невзначай: – Придётся опять расстроить Ксено, которая только и спрашивает, когда ты появишься.

Эйван покраснел и отвёл взгляд. Грон испытывал странное веселье, глядя на реакцию друга, когда речь заходила о его младшей сестре. Но больше всего юношу поражало то, что Грон, кажется, был не против. 

– Ну если только ненадолго… – промямлил Эйван, мысленно ликуя от радости. 

– Пошли, дед как раз собирался готовить твою любимую Хвар’ангу с бобами. 

Вскоре они стояли у небольшой лачуги с единственным окном. Эйвану, не говоря уже про высокого друга, приходилось пригибаться, минуя порог.

Внутри – три лежака, одинокий сундук, кособокий стол без стульев и камин, над которым побулькивал закопчённый котелок. Эйвана, который и сам не сказать, чтобы жил богато, это место наполняло странными чувствами. С одной стороны – унынием из-за того, что кому-то приходится обитать в подобных условиях. С другой – радостью. Ведь, несмотря на бедность, она всегда царила в этом доме. 

– Пришли, мужчины, – встретил их рокочущим голосом седобородый и горбатый орк, чьи некогда яркие глаза теперь были блекло-желтыми, цвета высохшей соломы.

– Приветствую тебя, Эйван. 

– И тебе привет, Варрхам, – ответил юноша, обнимая старика и чувствуя запах мускуса и трав. – Ты сегодня хорошо выглядишь. 

– Ты сегодня хорошо врёшь. Но мой опыт тебе не провести. Проходи, проходи, я как раз приготовил твоё любимое угощение. 

Варрхам, кажется, на родине был кем-то вроде травника или шамана – короче говоря, в вареве он разбирался.