Имперская сказка

Чертков возвращался от Зверинских ворот, проводив наследника престола. Очень интересно, а ведь я слышал, что царевич звезд с неба не хватает. Подумал Григорий Александрович. Вот и верь после этого придворным сплетням. Всего тринадцать лет, а ведет себя и рассуждает, пожалуй, как студент университета, или вообще, как взрослый. Даже как-то необычно. А сфера интересов судя по тематике библиотеки вообще не для подростка, а для наследника престола? Пожалуй, для его миссии это вполне то, что надо. Размышления Григория Александровича прервал въезд в ворота частокола.

Пора заниматься текучкой. Организация царской охоты дело нелегкое и хлопотное.

Я едва успел принять душ и переодеться перед службой. На подходе к церкви встретил недовольную Елизавету Андреевну.

– У меня к вам утром было несколько вопросов, вы переложили буквально всю подготовку на меня.

Я взял рассерженную графиню под руку, она лишь чуть выше меня.

– Извините Елизавета Андреевна, я уверен, что лучше вас никто завтрак не организует, мое участие вряд ли принесло бы пользу.

Маневр был задуман удачно, мы оказались перед алтарем на всегдашнем месте императорской четы. За нашими спинами офицеры охраны, местное начальство, дворцовая прислуга. Надеюсь, что занятие этого почетного места рядом с наследником российского престола смягчит злость Воронцовой. Похоже дама даже несколько смутилась, оказавшись на месте императрицы. Служба была как всегда пышной и красивой. Янышев держался величественно, голос у него отлично поставлен, хор великолепен.

Жалко только, что смысл проповеди не известен, все же трудно понять зачем читать на церковнославянском, которого почти никто кроме самих священнослужителей не знает.

Завтрак проходил так как мне и хотелось, а зал, пожалуй, украшен даже лучше, чем при родителях. Цветочные гирлянды, штоф, закрывающий стены в нужных местах. У Воронцовой тонкий вкус и отличные организаторские способности. О чем я сразу сказал сидящей справа Елизавете Андреевне. Данилович сидит по левую руку.

Какой-то странный он приехал из Петербурга. Умиротворенный, даже пару раз улыбнулся, уж не травку ли курит мой генерал? Может привез из столицы коробок и подобрел? После тостов за императора, императрицу, и меня, настала очередь что-то произнести цесаревичу. Я пил только морс, поэтому сохранил ясность ума. Хотя отсутствие привычки быть в центре внимания и вообще такое большое общество, все-таки человек пятьдесят гостей, вызывали у меня несколько лихорадочное состояние.