Полынь-звезда

Если хочет поболтать, сначала пусть оружие выкинет! А так это очень напоминало попытку меня разжалобить. Как же коварен Свет! Я хотя бы сражаюсь честно, не давя на психику противника.

Лапа более-менее начала слушаться. Теперь я ступала увереннее. Я бы снова напала, но мне мешал сосредоточиться запах стоявшего напротив человека. Запах каждого индивидуален, как ДНК, как рисунок сетчатки. Его невозможно подделать, его нельзя перепутать с кем бы то ни было. Даже люди чувствуют запах друг друга, хоть сами того и не понимают.

А я же волк. Для меня аромат каждого — как индивидуальный почерк. Неповторим и уникален. И запах этого мужчины казался смутно знакомым. Я не могла припомнить, где я могла с ним столкнуться раньше, но я совершенно точно встречала его до сегодняшнего дня. И это не давало мне покоя, мешало просто пойти и оторвать ему голову, что было, к слову говоря, моим священным долгом... и просто жизненной необходимостью. Он светлый. Он меня в живых не оставит.

Пока я терзалась сомнениями, светлый сделал шаг мне навстречу.

Он что, собирается метнуть кинжал? И я, дабы не стать легкодоступной мишенью, прыгнула, целя ему в горло.

Еще не приземлившись, я почувствовала, как мой бок пронзает острое лезвие. Он не собирался его метать. Он просто дразнил меня, выжидал, пока я пойду в атаку, и подгадывал момент для удара.

Я надеялась, что рана пустяковая, ибо на этот раз я почти не чувствовала боли. Может, он лишь слегка задел шкуру, не повредив остального?

Лапы обессиленно подогнулись, стоило мне коснуться земли.

Кинжал, вонзенный в мою грудную клетку, так и остался там торчать. Прямо под сердцем. Надо воспользоваться моментом, пока светлый безоружен. Надо! И, чудом сумев удержаться и не рухнуть в траву, я, сделав чудовищное усилие, снова прыгнула на человека.

Когти рванули рубашку на груди, пропахивая глубокие борозды на ребрах. Не обращая внимания на раны, человек вцепился в мою шею, удерживая меня и не давая дотянуться до его горла.

Мы рухнули на землю.

Даже придавленный моим весом, он упрямо не разжимал рук. И он оказался сильнее.

Мое сердце, упорно бившееся, несмотря на засевший в груди клинок, слабело, будучи не в силах сопротивляться светлой магии. Удары становились все реже, неувереннее. Катастрофически не хватало воздуха. Неужели это конец? Так просто?

В глазах потемнело, и я рухнула прямо на лежавшего подо мной светлого. Как бы то ни было, я старалась. Мне всего лишь немного не хватило удачи.