Полынь-звезда

Тени устремились за ним, но я встала поперек прохода, преграждая им путь. Вряд ли я выглядела особо устрашающе в пижаме с мишкой Тедди, однако мой маневр подействовал: тени остановились. Шелестя нечто невнятное, они кружили у моих ног, не решаясь следовать дальше.

- Уходите, - я надеялась, что они понимают русский язык. Хотя тут и слов понимать не надо, одной интонации хватит. Тени взбудораженно запричитали. - Он остается со мной, - и захлопнула калитку, оставляя бесплотных стражей за забором.

Волк, тяжело дыша, поднял голову, недоверчиво косясь на меня светящимися в темноте глазами.

Загнанный вусмерть зверь едва держался на ногах. Это у них называется «приставить охрану»? Да он к рассвету рухнул бы замертво от такой опеки!

- Пойдем, пойдем, мой хороший, - я старалась говорить как можно мягче, чтобы не напугать и без того измученного зверя. - Все будет хорошо, пойдем со мной.

Я открыла входную дверь и шагнула за порог. Волк сидел на дорожке, настороженно следя за каждым моим движением.

- Пойдем, - я приглашающе отступила, освобождая волку дорогу.

Помедлив, словно сомневаясь, можно ли мне доверять, он все же поднялся и медленно, осторожно пошел к дому.

Из-за забора показалась бесплотная голова, бормотавшая заклятья на тарабарском языке. Вторая голова медленно просачивалась сквозь зазор между забором и калиткой. Темные ребята шли в атаку.

Волк, как пришпоренный, единым прыжком преодолел оставшиеся метры и оказался внутри. Я поспешно закрыла за ним дверь. Все же я выполню просьбу деда и не стану выходить из дома.

С той лишь поправкой, что и Вервольфа я тоже прихватизирую с собой.

Проникшая во двор тень ринулась к открытому окну, не переставая бормотать. В оконном проеме завис жуткий черный овал лица с с тлеющими багряными провалами глазниц и распахнутым беззубым ртом. Я оторопело замерла, не в силах оторваться от дикого зрелища, которое представляло из себя это чудовищное создание мрака. Мне казалось, что, если оно дотянется до нас своими полупрозрачными мглистыми руками-плетьми, от нас и пыли не останется.

И ни Свет, ни Тьма не смогут этому воспрепятствовать. В горящих глазницах  мерцал замогильный беспросветный мрак, вселявший в меня трепетный ужас, холодком пробиравшийся к сердцу. Взгляд багряных провалов припечатывал к полу, не позволяя сделать ни шага назад. Я хотела, но не могла отвести глаза от этой твари. Взгляд, словно примагниченный, снова и снова возвращался к созерцанию гостя с того света.

Помедлив, тень ринулась в распахнутое окно.