Полынь-звезда

Тело свело судорогой. Я пыталась сделать вдох — и не могла. Меня не слушался ни один мускул. Боли в колене я больше не чувствовала: теперь я могла думать только о том, как умудриться заставить собственные легкие дышать.

- Саша! Максимова, блин, очнись!

Крепко обхватив мои плечи, Стас раз за разом с силой встряхивал мое заиндевелое, ватоподобное тело. Несколько мгновений растянулись в вечность. Казалось, я больше никогда не смогу вновь сделать вдох.

Задеревеневшая грудная клетка, наконец, оттаяла и медленно приподнялась, отпуская сжатые легкие.

 Жадно хватая ртом воздух, я вцепилась в руки Стаса.

- О, задышала, - облегченно выдохнул он. - Ну и напугала же ты меня!

- Коленка прошла, - заторможенно проговорила я. Боли больше не было. Осталась только неимоверная усталость и тяжеленная голова в придачу.

- Еще бы! После такого коленка — детский лепет. Ты не дышала, - похоже, я умудрилась до смерти  испугать Аркеева. Не знала, что подобное вообще возможно.

- Я...

Перед глазами все поплыло.

Я почувствовала, что куда-то падаю, медленно, неотвратимо. И не было больше асфальта под ногами и зеленого свечения в глазах. Последнее, что запомнилось – это руки Стаса, удерживающие меня от падения в черную бездну.

Часть 1

Ты не плачь теперь, глупая: поздно!

В эту ночь так планеты сошлись,

И бессильны мольбы твои, слезы...

Встань! Смелей, не сдавайся, держись!

Сны, что душу тревожат, отринув,

Жизнь и душу свою береги;

Берег прежний далекий покинут.

Что теперь ждет тебя впереди?

В десятилетнем возрасте я открыла для себя «Хроники Нарнии».

Волшебный лев, говорящие животные, дерево с жвачками, крылатая лошадь Земляничка... И «лес-между-мирами». Я всегда пыталась представить, как это: лес, живой, дышащий, словно свежий, только-только из печи, сливовый пирог? Теперь поняла. Кажется, я оказалась в том самом лесу, откуда началось путешествие Диггори и Полли. Только вот волшебных колец с собой не прихватила, да и озер для прыжков в иные миры не наблюдалось. Но лес был! Тот самый, как у Льюиса. Вроде и не слышно ни пения птиц, ни жужжания пчел, но, несмотря на  тишину, лес дышал жизнью.

С превеликим удовольствием растянулась бы на траве под ближайшей березой и наслаждалась бы царившим вокруг покоем и умиротворением, если бы у меня так не болели все кости и мышцы. Мне когда-то говорили, что инъекционные наркоманы во время ломки ощущают, как кровь бежит по сосудам. Кажется, я вполне могу теперь представить, что они чувствуют.