Все приключения Ивидель Астер (в одной книге)

Железнорукий не дал мне досмотреть представление, не дал бросить последний взгляд на исчезнувшего Криса. Он рывком прижал меня к себе и потащил к обжорным рядам, вернее, к тому, что от них осталось.

Вода дошла до колен и схлынула. На площади царил хаос. Смех сменился криками, хоровод распался на тех, кто умел плавать, и тех, кто пытался утонуть. Вопреки здравому смыслу многие бежали по воде к каменной чаше, и только мы — в другую сторону. Хотя «бежали» — слишком громко сказано.

Белобрысый плевался, сыпал ругательствами и продолжал многозначительно тыкать железной рукой мне в спину, подталкивая вперед, а я вместо того, чтобы заорать и привлечь внимание, продолжала идти. Ему хватило пороху бросить цилиндрик в толпу, хватит и для того, чтобы разрезать меня пополам.

Он затащил меня за бочки с вином. Торговые лавки опрокинуло, ругаясь всеми известными и неизвестными словами, дородный торговец пытался выловить из мутной снежной лужи безнадежно испорченные булочки.

Рядом со мной колыхался круглый леденец, окрашивая воду в розовый цвет.

— Это отвлечет их на какое-то время, — железнорукий толкнул меня к бочке. Рядом, привалившись к ее боку, спал мужчина в дорогом светлом пальто.

— Оля-ля, — невнятно проговорил он сквозь сон, но даже холодная вода не смогла разбудить пьяного.

— За это время я вполне успею… отдай! — Белобрысый вырвал из моей руки инъектор.

Тяжелая намокшая юбка противно липла к ногам, я судорожно огляделась, ища спасения.

Если рвануть в сторону, нырнуть между палаток, миновать залитые рельсы и…

Что «и»? Пусть мне и удастся сбежать, но что дальше? Противоядие все еще у белобрысого, и как только я спрячусь, для Криса все будет кончено.

Ну же, давай! — скомандовала я себе. — Делай что-нибудь! Что угодно, только не стой и не молчи! Не дай ему… А что, собственно, белобрысый будет делась с коробочкой и с, как он думает, ядом внутри?

— Зачем… зачем вы убиваете людей? — мне даже не пришлось притворяться, голос и в самом деле дрожал.

— Я кого-то убил? — притворно удивился мужчина.

— Брат кожевенника Ули повесился в мастерской! Гикар сгорел…

— Гикара я не поджигал, кожевенника не вешал.

— Дочь ювелира, травник, — продолжала перечислять я.

— Они вроде все живы, — он поднял инструментариум, нажал на выступ, выщелкивая полое шило.