Между тьмой и огнем II

«Я скоро отплачу ей за все неприятности», – утешила себя падшая и полетела следом. 

Их полет длился совсем недолго, вскоре Хельга села на землю, на границе Долины Фафнир. Мирослава встала перед ней.

– Спасибо за все. 

– Приходи почаще, мне приятно видеть тебя рядом. Хоть так.

– Я буду, – с чувством ответила девушка и пересекла заветную черту.

Первое, что она сделала – посмотрела на свои крылья.

– Чернее черной черноты, – Мира тяжело вздохнула и взмыла в воздух, выискивая остов домика Рязанки. 

Каменная труба показалась довольно скоро.

С тех пор, как падшая летала этим маршрутом в последний раз, ее летное мастерство стало намного лучше и быстрее. Мирослава приземлилась на полянку перед развалинами и огляделась, чтобы убедиться, что в окрестных зарослях никто не прячется. Молодая разведчица применила все возможные заклинания, которые должны были выявить посторонних, и ни одно из них ничего не показало.

– Приятно знать, что никакая нечисть не смеет здесь бывать, – пробормотала Мира, словно обращаясь к Кузе и Рязанке, которые, конечно, не могли услышать ее.

– Это потому, что я порой люблю сюда заглядывать, – издевательски подражая ее задумчивой интонации, пробормотал Люцифер.

В воздухе появились завитки черного и алого дыма. Крылатая резко обернулась и оказалась перед дьяволом, смотревшим на нее с напускной нежностью.

– Зачем же ваше высочество приходит на обломки деревенской избы? Кем ему приходилась освобожденная?

– Какая ты непочтительная, маленькая мерзость, – с усталым вздохом сказал Люцифер.

– У меня есть имя.

– Длинное какое-то, нечеловеческое, – капризно отмахнулся дьявол. – Я тебя как запомнил, так и называю, привыкай.

– Хорошо, Лютик. Раз у вас тут такие порядки, кто я, чтобы нарушать извечное? Буду звать всех, как в голову попросится.

Люцифер растворился в воздухе и появился снова на скамейке перед баней. Он сидел, сцепив пальцы и задумчиво глядя на Миру.

– Все-таки надо было от тебя избавляться. 

– Поздно тосковать, что вам здесь надо?

– Скучаю по тем временам, когда здесь пахло пирогами.

Я знал женщину, которая жила здесь. Я знаю всех, кто живет в преисподней. Кто-то мне нравится, кто-то нет. Ты – не нравишься, драконы твои – не нравятся. А Рязанка была лучшей среди моих постояльцев. Родя мог бы меня просто попросить отпустить ее, но не стал.

– А вы бы отпустили? – с ноткой теплоты спросила Мирослава.

– Ну, разумеется, – поморщившись, ответил Люцифер, – я бы этого не сделал.