Между тьмой и огнем II

Тебе нет места в нашем мире.

Он смотрел на Мирославу с досадой и вдруг комнату затопила тьма. Тело крылатой пронзила чудовищная боль, словно ее жарят на костре. Пытка длилась и длилась, глаза заволокло красным туманом и сознание постепенно угасло, не способное справиться с мучениями.

– Поднимайся! – повелительно сказал Люцифер.

Мира застонала, не в силах выполнить приказ. Ее кожа все еще ощущала жар и страшную боль.

– Поднимись!

Мирослава с трудом разлепила глаза и встала на непослушные ноги. Она почувствовала непривычную легкость за спиной.

Поняв, что произошло, Мира подумала о своих крыльях и два больших белоснежных крыла распахнулись за ее спиной.

– Вот халтура, ведь так и знал!

Мирослава хотела спросить, что произошло, но Князь тьмы испарился, не утруждая себя пояснениями. Девушка подумала о Радомире и тут же оказалась перед камином лесного домика. В одном из кресел сидел Раду. Увидев Миру, он не поверил глазам.

– Почему ты пришла? Ты должна быть рядом с драконами, – он в отчаянии схватился за голову и закричал, – сейчас не время играть в благородство!

Мирослава подошла и положила ладонь на его губы.

– Сигвальд прогнал меня. После предательства во время битвы… неужели ты всерьез думал, что воин сможет простить подобное?

– Значит, Лилит, Эржебет, твой джаз бэнд, наконец. Что угодно, только не суд. Он… неужели он ничего не объяснил тебе?

Радомир оглядел ее и застонал. Мирослава с недоумением смотрела на отчаяние Раду.

– Я хочу разделить все горести только с тобой. Я больше не буду разрываться.

Вальд и Хельга не примут меня, да и я никогда не стану счастливой рядом с ними. Ты всегда был прав, их добро слишком алчно и требует постоянной благодарности.

Демон прижал к себе Миру и долго не отпускал, зная, что скоро навсегда потеряет ее.

– Судья приговорит меня к вечным мукам, этого нельзя избежать. Но ты, он отметил тебя своим даром, в последний момент закрепил свое расположение.

В ответ на эти слова Мирослава раскрыла крылья.

– Я не боюсь его суда.

Раду недоверчиво оглядел белоснежное оперение Ангела, посмотрел на посветлевшие руки с розовыми ногтями, всмотрелся внимательней в голубые глаза, лишенные золота, и услышал мысли возлюбленной: «Я здесь ради любви, кто посмеет осудить меня за это?»

Глава 18 Судья

Вечером следующего дня в Шедбургском зале суда готовилось камерное заседание.

Редкий случай в аду, когда все знают животрепещущую новость, но никто не торопится посудачить о ней. Сам Люцифер выступал обвинителем в деле.