2. Анастасия. Дело о перстне с сапфиром (псевдоним: Тата Орлова)

– Сейчас мы должны решить, насколько возможно участие в расследовании представителя Ровелина.

- Советника-посланника, князя Даниила Федоровича Северова, - добавил Паррей, придавая словам Соула несколько иную окраску.

Энгин как-то назвал дипломата Ровелина специалистом по щекотливым ситуациям, в первую очередь, имея в виду межгосударственные отношения. 

Доказательством его правоты стала вся история моего знакомства с Северовым.

- А разве мы можем что-нибудь сделать? – без особого раздражения дернул плечом Джакс.

- Мы – не можем, - возразил ему Паррей, - а вот Анастасия – вполне.

О чем хотел сказать, уточнять не стоило. Вводить в заблуждение, скрывать улики и результаты экспертиз, переводить внимание на то, что на самом деле было несущественным. И все это, глядя на него честными, наивными глазами.

- Вам напомнить, что я – его невеста? – оскалилась я.

- Посмотреть на вас, именно так и подумаешь, - осклабился Фарих.

- Я – следователь, - решила я напомнить то, что им и без меня было известно.

- Одно другому не мешает, - заметил Паррей.

- А если я… - на этот раз мне удалось замолчать вовремя. Говорить о том, что я могу пожаловаться матушке, в этой компании точно не стоило.

Зря старалась, спасая всех, включая себя, от скользкого момента. Граф Паррей с некоторых пор относился ко мне… едва ли не по-отечески, считая, что должен за историю с Аннет Штудер – барышню с исключительными способностями, доставшуюся ему благодаря, в том числе, и моим стараниям.

- А если вы пожалуетесь матушке, - заговорщицки улыбнувшись, заметил он, - то я сам предпочту подать прошение об отставке, чем ждать, когда это сделает император.

Несколько мгновений тишины, в течение которых я старалась даже не дышать, и он засмеялся.  Не легко и задорно, а как-то так… предупреждающе.

- Он – пошутил, - пришел мне на выручку Маркони. Посмотрев на Фариха, качнул головой. Мол, довели ребенка.

И ведь прав был. Довели!

- С князем Северовым разбирайтесь сами! – решительно поднялась я.

- Что?! – не сразу понял Фарих. Потом на его лбу собрались грозные морщины.

- Умница, девочка, - не дал ему высказаться Паррей. – Я тебя сразу приметил.

- На сегодня – все, - перебил его Фарих. – Ты, Настасья, отправляешься домой. И чтобы до утра я тебя в департаменте не видел.

- Как прикажете, господин Соул, - уже без юродства отчеканила я.