Конечно, это не любовь

Гермиона почувствовала, что надувающийся было шарик гнева в ее груди исчез. Она попыталась улыбнуться, сделала шаг вперед, и снова оказалась в объятьях Шерлока. Он придерживал ее за плечи и прижимал к себе так заботливо, как никогда в жизни. Гермиона закрыла глаза и спрятала лицо у него на груди, обняла его за шею. Пусть он вредный и порой говорит чудовищные вещи, он живой. Настоящий. Эта простая мысль ввергла Гермиону в шок. Он был настоящим. Даже тогда, когда ее окружали волшебные фокусы, безумные, как Шляпник с Мартовским зайцем, Шерлок оставался настоящим.

Она подняла голову и встретилась с ним взглядом.

Она никогда не рассматривала лицо Шерлока со столь близкого расстояния. Когда-то мама заметила, что он симпатичный. Тогда это звучало глупо и смешно, но сейчас Гермиона как-то отстраненно заметила, что у него действительно приятные черты. Не правильные, а именно приятные и очень запоминающиеся, яркие. Создавая его лицо, природа не жалела красок и акцентов. Скулы — чрезмерно острые, подбородок — отчетливо выпирающий, глаза — насыщенно-голубые, светящиеся, как патронус, губы — слишком точно очерченные, будто бы подведенные карандашом.

Гермиона почувствовала, как в легких кончился воздух. Его губы были слишком близко. Теплые. Живые.

Она зажмурилась, как перед прыжком в воду, и поцеловала его.

Если бы сейчас кто-то решил проникнуть в ее сознание, он наткнулся бы на идеальный окклюментный щит. Не было ни одной мысли.

А потом Шерлок ответил на поцелуй.

Гермиона раньше целовалась, несколько раз. Поцелуй Виктора был похож на сказку или на сон — нежный, горячий. Он так смутил Гермиону, что она вырвалась и убежала прочь, а потом два дня пряталась от Виктора, пока тот не нашел ее и не притворился с удивительной деликатностью, что ничего не было.

Каждый поцелуй Рона был жадным, как будто он боялся потерять ее. С ним было естественно и легко.

Шерлок целовал иначе — только губами, сухими и слишком холодными, плотно сжав зубы, не закрывая глаз.

Гермиона, снова встретившись с ним взглядом, почувствовала желание вырваться, отстраниться, но не сумела — он слишком сильно вцепился в ее плечи и прижал к себе. Тогда Гермиона медленно, точно зная, что не стоит этого делать, подняла руку и провела по его волосам. Шерлок вздрогнул всем телом и чуть подался вперед, Гермиона зарылась пальцами в мягкие кудри, и он закрыл глаза. Объятия стали чуть мягче, но вместе с тем — сильнее.