Конечно, это не любовь

— Давай пропустим тот момент, когда ты долго раскаиваешься в своих словах, предлагаешь мне на тебя покричать, чтобы выпустить пар, и уверяешь, что я твой лучший друг. Всё это написано у тебя на лице, не вижу смысла тратить время.

Он опустил руки и повернулся к Гермиону спиной.

— Шерлок, но это правда. Я сказала тебе ужасную, мерзкую вещь, потому что разозлилась на тебя. Я никогда не думала…

— Я же сказал, что все понял. Книга на тумбочке, страница тридцать шесть, как раз начинается новая глава.

Предлагаю проводить время с пользой.

Гермиона взглянула на тумбочку и увидела «Убийство в «Восточном экспрессе» — единственную художественную книгу в стопке справочников по химии, карт и атласов.

— Ты хочешь, чтобы… — начала она, но Шерлок прервал ее:

— Книга, Гермиона!

Она расстегнула пальто и повесила его на спинку стула, расшнуровала ботинки. Дрожащими руками взяла книгу, села на край кровати и прочитала первую строчку на тридцать шестой странице.

За ней — вторую. Как робот, который выполняет команду, она читала, не понимая, о чем. Шерлок всё также стоял лицом к стене и, видимо, о чём-то размышлял, во всяком случае, он не шевелился, ничего не говорил, никак не реагировал на текст.

Неожиданно, через три страницы, он произнёс:

— И во сколько встреча?

Гермиона вздрогнула — какая встреча? О чём он?

— У Пуаро? — уточнила она, понимая, что ровным счетом ничего не понимает.

Шерлок круто развернулся и недоуменно переспросил:

— Пуаро? При чём здесь он?

Тут его взгляд скользнул на книгу в руках Гермионы, и он кивнул:

— А, Пуаро. Нет, я про Сириуса Блэка. Он же тебя сюда довёз, верно?

Гермиона тряхнула головой и пояснила осторожно:

— Да. Но…

— Отлично, хотел убедиться, что моё предположение верно.

Он довольно улыбнулся и тоже сел на кровать, потом откинулся на подушку и попросил:

— Можешь начать с начала главы?

— Шерлок, — Гермиона отложила книгу в сторону, — ты в порядке?

Шерлока можно было назвать вспыльчивым, обидчивым, иногда — эгоистичным и вредным, но невнимательным — никогда.

Что могло заставить его так погрузиться в свои мысли?

— Я? — удивленно уточнил он. — В полном. Просто мне нужно было подумать. А ты со своими извинениями наверняка мешала бы мне это сделать, вот я и решил занять тебя книгой.