Пути бессмертия

Доигралась, молодец! А ты ведь шла на золотую медаль, что же пошло не так? С каких пор ты стала приманкой для вампира? А с каких пор его покорной жертвой, добычей?!

— Я знаю, что это ты была на вечеринке, — тихо и просто до дрожи холодно продолжил шептать Валентайн. — Вынужден признать, ты ужасная актриса вне сцены. А теперь замолчи. Хочу получить компенсацию за сорванный вечер…

Девушка широко распахнула глаза, когда длинные пальцы вампира скользнули вначале за ворот ее рубашки, а затем и куда-то к спине, очерчивая артерию.

— Серьезно? Они хотели отпугнуть меня серебром и распятием? Наивные детки Господни. Чтобы крест сработал против меня хоть чуточку, необходимо верить в его силу раз в десять больше, чем веришь ты, — улыбнулся вампир, расстегивая пуговицы на рубашке Лизы. — Мило. А где пижама с Ван Гогом?

— К-как вы вошли?.

Она шептала, практически не разбирая своего голоса. В горле пересохло, руки дрожали, а слезы текли из глаз беспрерывным потоком. Лиза даже боялась всхлипнуть. Ей хотелось только свернуться в клубочек и спрятаться под одеяло, и чтобы все монстры внезапно куда-то исчезли.

— Ты однажды любезно пригласила меня на чай, — Валентайн пожал плечами, мягко касаясь губами бьющейся артерии на шее девушки. — Ты ведь моя лучшая ученица, да? — сладко протянул он, проводя по тонкой коже кончиками клыков.

Тело пробила мелкая дрожь. По спине бегали мурашки, а сердце давно уже потеряло какой-либо нормальный ритм, заходясь в таких какофониях, что кровь набатом стучала в висках, практически не переставая. Разум предпринимал какие-то попытки совладать с сердцем, но ему это отчаянно не удавалось. Пелена слез застилала глаза, а с губ, наконец, сорвался громкий всхлип, скорее похожий на предсмертный стон.

— Не плачь, милая, — это прохладное дыхание обжигало кожу, отчего мириады маленьких иголочек легкими уколами пронзали спину от шеи до поясницы.

— Ч-что?..

— А на уроках казалась понятливой.

Он словно играл в какую-то странную игру, но забыл объяснить Лизе ее правила. Валентайн легко касался острыми клыками горячей кожи, лишь щекоча, заставляя каждую секунду вздрагивать в ожидании неумолимого финала.