К слову о драконах

Миранд сидел в углу, обхватив голову руками. Мне его даже жалко стало.

- Может, ну их? – украдкой поинтересовалась я, и мой принц энергично закивал.

Что же. Пришлось по новой лететь в город. Я привычно полетала над домами, подышала огнём на до сих пор не заросшие травой окрестности, подивилась наплевательскому отношению лучников, а затем зарычала погрознее и потребовала за мир и покой в сих дивных краях увести всю эту склочную ораву от меня куда подальше.

Год четвёртый

- Сирота я, сирота. Си-ро-ти-нуш-ка! – распевал из башни Миранд противным голосом.

Музыкального слуха он был лишён напрочь, но крепостью голосовых связок природа его не обделила. Как я ни прикрывала лапами уши, а всё равно слышно было.

- А ну прекрати!

- Сирота я, сирота!

- Прекрати!

- А что мне ещё делать? Скучно же.

- А мне, думаешь, не скучно?

- Тебе-то чего? Тебя всякие чудища в неволе не удерживают.

«Но могут», - подумала я и вздрогнула.

Дело в том, что на днях мне довелось встретиться с родителями и они умудрились за десять минут беседы рассказать биографию пяти вероятных кандидатов в мужья.

Во всех подробностях. И самое ужасное, что после трёх с лишним лет изоляции брак уже не казался мне таким страшным делом! Однако мой упрямый характер не позволял сдаваться. Половина срока уже прошла. Выдержу. Всем назло выдержу!

- А почему ты меня чудищем считаешь? – произнесла я вслух, чтобы не молчать. А то вдруг снова заголосит певец непризнанный?

- Так ты вон какая. Огромная, - он попытался руками показать мои необъятные размеры, и мне оттого стало на редкость обидно.

- И что?

- Ну, у тебя клыки большие, ты огнём плеваться можешь, когти острые… крылья там.

- Так ведь это красиво. Ты знаешь, какой я красавицей считаюсь? – свысока ответила я и прочитала Миранду краткий экскурс по драконьей красоте.

- Да? Не знал такого.

- Ну, вот. Знай. Я очень красивая.

- А меня вот тоже красивым все считают… когда побреюсь, конечно.

- Так чего ты не бреешься?

- Погоди. Я сейчас.

Принц ненадолго скрылся башне, завозился там с тазиком, водой и бритвенными принадлежностями, а затем выглянул из окошка.

Стал он выглядеть ещё забавнее, чем прежде, но в целом мне понравилось. Я даже нос приблизила, чтобы понюхать – насколько его запах из-за этого изменился? Вроде не особо, но разница имелась. И только мне захотелось сообщить об этом, как…

- Эге-гей! Я рыцарь Герасим Отважный! – вдруг раздался воинственный глас и что‑то неприятно кольнуло меня в хвост.