Судья

Или это одно и то же?

Я уже не говорю про то, что мой слух очень хорош. Очень. Я слышу, как в соседней комнате дышит паук, поджидая на краю паутины свою жертву. Чего уж там говорить о других обитателях нашей грешной Земли. Их я услышу, даже если буду крепко спать после долгого изматывающего дня. Слух мой просто идеален! Впрочем, как и я сам. Иначе я не был бы тем, кем являюсь.

Я усмехнулся. Настроение моё заметно улучшилось. Идти стало веселей. Несмотря на то, что идти надо было, похоже, ещё совсем не мало.

Вот ведь, весь я такой, какой есть. Всегда найду себе развлечение по пути. И всегда смогу поднять себе настроение даже там, где это остальным кажется невозможным.

Факелы по-прежнему освещали мне путь, теперь уже прямой, как стрела. Стрела, смотрящая вдаль.

Вдоль стен справа и слева то и дело встречались какие-то комнаты, больше похожие на камеры для бедных узников. И это было не в новинку мне. Случалось, что в сторону уходили новые коридоры, освещённые такими же факелами.

Однако идти мне нужно было, несомненно, именно прямо.

И я шёл. Шёл быстро, понимая, что должен, да просто обязан, успеть к тому, кто так долго ждет меня.

Не первый раз я спешил на эту встречу, но каждый раз опаздывал. Каждый раз что-то да мешало мне. Однако сегодня я намерен был, во что бы то ни стало, успеть. Я прекрасно осознавал, что времени у меня оставалось всё меньше и меньше. И только назначенная, но всё никак не состоявшаяся встреча должна была бы всё расставить по своим местам.

Привести все дела в должный порядок. То есть сделать то, к чему я стремился всю свою жизнь. Чем я занимался всю свою жизнь. В меру своих сил, конечно. Правда, совсем не маленьких сил.

И я уверенной походкой двигался вперёд, размышляя по пути о таинственном незнакомце, ожидающим меня, и наслаждаясь своим прекрасным настроением, так и не покинувшим меня покуда.

Неожиданно я почувствовал, как сквозь тяжёлую завесу страха, облепившую всё вокруг, пробивается волна ненависти, направленная прямо на меня.

Эта волна исходила от существа до самой смерти боящегося меня, понимающего, кто я, и что я могу с ним сделать. Тем не менее, эта ненависть оказалась сильнее разума. Она ослепила это создание, лишила его способности здраво мыслить, заставила поверить в способность справиться со мной. И теперь это существо готово было наброситься на меня, переступив через свой страх.