Говорящий с духами.

Полежав еще немного юноша начал подниматься, лежать было хорошо, но мокрая холодная одежда грозила им скорым воспалением лёгких, а этого он допустить не мог, еще ему было необходимо осмотреть голову девушки. Как лекарь, он должен был оказать помощь любому, и даже тому, кто сам сбил его и опрокинул в воду. Девушка выглядела такой же, какой он ее и запомнил, после той их памятной встречи в деревне, отличаясь только кривой саблей, притороченной к поясу, да небольшим походным рюкзаком, луком и колчаном, удобно расположившимся на плече, только стрел в нем больше не было, они сгинули в пучине вод.

Осматривая незнакомку, Гай отчетливо отмечал, что ее оружие чуть не погубило их обоих, но высказать накопившееся негодование было некому. Несчастная нуждалась в помощи. Кривясь и морщась, он подполз к безучастному телу и осмотрел поврежденную часть тела, синяк ничего страшного из себя не представлял, грозя девушке лишь ощущением легкой головной боли. Оставив ее в покое, он через силу поднялся, чтоб отправиться в лес. Им был нужен огонь, чтоб согреться и обсохнуть. Глаза слипались, но Гай упрямо собирал сухие ветки, стараясь не уходить далеко от берега, мало ли что. Помимо дров он еще присмотрел несколько растений, для примочек и чая, так же приятным открытием для него стал обнаруженный им огнемох, очень необычное растение, при сжатии которого, высекались искры, часто служившие причиной лесных пожаров.

Девушка лежала там же, где он её и оставил.

Освободив место на берегу он, одолженной у нее саблей, отковырнул кочку дерна, сложив собранные ветки в домик и сжал мох, брызнули искры и яркие довольные языки пламени весело заиграли, поглощая предложенное угощение. Мокрая одежда противно облепила тело, сковывая движения, поэтому раздевшись и оставшись в одном нижнем белье, он развесил все сушится на ближайших ветвях. При взгляде на отбивавшую быструю дробь зубами девушку, он хотел поступить так же и с ней, но не решился. Травы сиротливо лежали рядом, при виде которых, Гай с тоской осознал, что никакой тары, чтоб заварить их он не имел, а девушке требовалась помощь, поэтому так ничего и не придумав он запихнул листик в рот и принялся жевать, выдавливая сок. На вкус оно оказалось до противного горьким, вызывая неприятное ощущение немоты, но он своего занятия не прекратил. Едва растение превратилось в аккуратную кашицу, он приложил его к ссадине на лбу девушки.