Всё будет по-другому

Августа любит сына и гордится им, снисходительно относится к невестке и по-своему любит внука. Правда, все чувства, кроме гордости, миссис Лонгботтом, похоже, считает проявлением слабости и старается их не афишировать.

Вот и в этот раз, услышав о произошедшем несчастье с Невиллом, она лишь сухо произнесла:

— Ну, что ж, переживём. И не такое переживали, — ни один мускул даже не дрогнул на её лице, одному Мерлину было известно, что она на самом деле чувствовала в этот момент. Такой выдержке можно было только позавидовать.

Только что вышедшие из кабинета директора профессора, ничего нового по поводу случившегося ей так и не поведали. Как она и подозревала, никто из них ничего необычного в поведении студентов не замечал. Лишь преподаватель Прорицания была в своём репертуаре — с её слов можно было понять, что данная трагедия лишь начало будущих бедствий, и предчувствие смерти уже давно не покидает её.

Директор, конечно, не стала придавать значения её словам, учитывая склонность Сибиллы все преувеличивать и везде видеть знаки смерти.

Она надеялась, что разговор с Полумной прольёт свет на все случившееся.

Когтевранка не заставила себя долго ждать. Она зашла в кабинет МакГонагалл почти сразу после учителей и уверенно произнесла:

— Здравствуйте, профессор, вы хотели поговорить насчёт Невилла?

— Вы правы, мисс Лавгуд. Присаживайтесь и расскажите, где вы его обнаружили.

Полумна села напротив директора и начала свой рассказ.

— Этим утром я, как всегда, проснулась очень рано и обнаружила, что вся моя обувь исчезла.

Но я не расстроилась, нарглы часто так делают, — она приложила руку ко рту и произнесла шёпотом, — Уверена, что они мне решили отомстить за прошлый раз.

МакГонагалл удивлённо уставилась на девушку, но решила ничего не говорить и дослушать её до конца.

Когтевранка искренне улыбнулась и продолжила свой рассказ:

— Я сразу направилась на поиски пропажи, и ноги сами меня привели туда… В коридоре, который ведёт к Астрономической башне, лежал Невилл — неудивительно, там так было много мозгошмыгов.

Я сразу поняла, произошло что-то ужасное.

— Ты ничего необычного там не заметила? — спросила директор.

— А что здесь необычного, это типичное состояние после стихийного выхода души, об этом подробно было написано в четвёртом номере «Придиры», — увидев, как расширились глаза МакГонагалл, она решила пояснить, — Ну, мозгошмыги не только размягчают мозг, а также заполняют пустоты от вышедших подселенцев, в опустевшем без него теле.