Всё будет по-другому

— Конечно, не против, — поразмыслив немного, процедил сквозь зубы Уизли, и решил больше Гарри не о чём не спрашивать, чтобы ни в коем случае не сорваться.

Когда они вошли в замок, им пришлось разойтись в разные стороны. Рон направился в гостиную зализывать свою израненную душу, а Поттер побежал к профессору МакГонагалл, чтобы договориться насчёт завтра.

Гарри очень волновался перед разговором с директрисой, так как её отказ мог нарушить все его планы. Но профессор, на удивление, была более чем благосклонна и позволила друзьям посетить Хогсмид в неположенный для этого день — взамен следующей субботы, конечно.

Она всегда все делала по правилам, и этот раз не был исключением. Даже просьба Гарри пойти сегодня ночью на Астрономическую башню с Гермионой, для того, чтобы выполнить домашнее задание, у неё тоже не вызвало возражений.

Поттер был рад, что полдела уже сделано — разрешения получены, оставалось дело за малым. Но это малое для него было так сложно сделать.

* * *

Гермиона сидела на кресле в гостиной, делая вид, что увлечённо читает книгу.

На самом деле, ей вовсе было не до учёбы. Новые знания, конечно же, это хорошо, но то, что сейчас происходило у неё в душе, никому не дано понять. Даже такая умная девушка, как Грейнджер, не могла разобраться в своих чувствах. После окончания войны, Гермиона себя чувствовала ничуть не лучше других, но она это очень умело скрывала. Её целеустремлённость и дальновидность помогли побороть ощущение ненужности, которое охватило ребят после битвы. Да и школа во многом помогла мысли привести в порядок, просто некогда о глупостях было думать.

Когда появились неразрешимые проблемы на любовном фронте, последствия войны ушли на второй план, и Гермионе, столько лет лелеющей в себе чувства к Рону, так сложно было объяснить те ощущения, которые она испытывала, находясь рядом с Гарри. Его прикосновения сводили её с ума, а томные взгляды, которыми он одаривал её наедине, заставляли кружиться голову. Ей, такой правильной, было не понять, как можно быть девушкой одного парня, а сердце начинало учащённо биться при виде другого, да ещё и несвободного.

Она, как могла, гнала от себя мысли о Гарри, заставляя поверить себя в то, что любит она только Рона и больше никого.

Но, к счастью, в один момент все встало на свои места. С лёгкой руки Рона, они, на удивление, безболезненно расстались. Гермиона даже не предполагала, что расставание вообще может быть безболезненным. Но в их случае это было именно так.