Убить кукловода

Он двигался так нарочито медленно и осторожно, что мне хотелось зарычать от нетерпения и вонзить ногти в его плечи, принуждая быть активнее. От его легких и невесомых прикосновений кожу жгло огнем. Я не помнила, как мы переместились на мягкую шкуру незнакомого животного, небрежно кинутую возле камина. Отблески иллюзорного заклинания красными бликами гуляли по обнаженному телу Луциуса, рождали причудливый танец искр на потолке и стенах. 

В какой-то момент я порадовалась предусмотрительности Луциуса и заранее установленному заклинанию, оберегающему остальных постояльцев отеля от ненужного шума.

Когда выносить эту пытку лаской, изматывающей своей медлительностью, стало невозможно — я начала стонать, а затем и кричать. 

Наконец, волна наслаждения схлынула, оставив меня задыхаться от изнеможения в объятиях злейшего врага. Я лежала, удобно устроив свою голову на его груди, и слушала, как успокаивается его сердце.

— По-твоему, это тоже ошибка? — первым нарушил молчание Луциус.

Его рука лениво перебирала мои волосы, тяжелой медной волной рассыпавшиеся по ковру.

Я промолчала. Пожалуй, это было наилучшее, что я могла сделать в этой ситуации.

— В таком случае тебе явно нравится ошибаться, — с улыбкой заключил Луциус. Его рука немного дрогнула, затем вновь начала поглаживать меня. Когда он заговорил опять, то в его голосе послышался холодок: — Как поживает Стефан?

Я со свистом втянула в себя воздух через плотно сомкнутые зубы. На этот вопрос мне совершенно не хотелось отвечать.

Стефан. Вот о нем-то я как раз и забыла, когда сломя голову ринулась в объятия Луциуса. В глубине души ядовитой змеей зашевелилось раскаяние.

— Вообще, я удивлен, что вы еще вместе, — продолжил после краткой паузы Луциус, убедившись, что я пока не намерена ничего говорить. — Не думал, что ваша пара продержится целый год.

— Почему? — невольно сорвалось с моих губ. — Считаешь, что он слишком хорош для меня?

— Считаю, что он слишком скучен и правилен для тебя, — мягко исправил меня Луциус.

— Как ни крути, но Стефан — избалованный богатенький сынок. Все, чего он достиг в этой жизни, он добился благодаря связям и деньгам отца, Крагена Райена. Соскреби с твоего приятеля эту позолоченную шелуху — и что останется? Ничего, в сущности.

— Ну почему же, — не согласилась я, покоробленная язвительным тоном Луциуса. — Стефан хорошо образован. Отлично разбирается в антикварных изданиях книг, прекрасно знает историю...