Убить кукловода

— Чтобы не лезла туда, куда не просят. А потом заставил бы выложить все как на духу. Более чем уверен, что ты не сказала мне и десятой доли правды.

— Ну почему же? — неуверенно возразила я. — Я совершенно честна перед тобой в самых главных деталях. Элмер в беде, и мне надо вытащить его из департамента, чтобы с чистой совестью покинуть Хекс.

— Не нравится мне все это, — забормотал Альтас, пропустив мою последнюю фразу мимо ушей. — Ой как не нравится! Поймают тебя. А следовательно — и мне придется несладко. 

После чего замер, грустно понурив плечи и устало опустив между коленей руки.

Я не мешала ему думать, на всякий случай скрестив пальцы на удачу. Интуиция подсказывала мне, что именно сейчас Альтас решает, стоит ли ему помогать мне. Почти уверена, что он согласится, но нельзя исключать неприятные неожиданности.

— Через два часа рассветет, — вдруг проговорил гном, все так же насупленно разглядывая кончики своих сапог.  — На работу мне нужно не менее часа. Хватит ли тебе оставшегося времени на задуманное? Днем департамент закрыт для посетителей.

— Успею! — воскликнула я, хотя сама, увы, не испытывала и сотой доли той уверенности, которая прозвучала в моем голосе. Подумала немного и добавила с усмешкой: — Напротив, оно и лучше. Перед закрытием в коридорах наверняка будет сутолока. Народ повалит домой, а в толпе легче затеряться. 

— Да, но ваша парочка наверняка привлечет к себе внимание, поскольку вы войдете в здание, а не будете стоять в очереди на выход, — резонно возразил Альтас.

— Не попробовать я не имею права, — тихо сказала я.

Альтас отчаянным жестом взъерошил свою густую шевелюру огненно-рыжего цвета. В этот момент магический мотылек, освещающий комнату, подлетел ближе, и я вдруг заметила, как много седины прибавилось в волосах гнома. Виновато потупилась, подумав, сколько белых прядей добавит мой сегодняшний визит.

— Как там у вас любят говорить? — проворчал тем временем Альтас и махнул рукой. — Гори все в пламени Иракши! Ладно, Доминика, твоя взяла. Посмотрю, что можно сделать. 

И с самым решительным видом обернулся к Ивару, засучивая при этом рукава просторной рубахи.

***

Я нервничала. Нет, не так. Пожалуй, никогда в жизни я не нервничала сильнее, чем сейчас. Внутри все мелко дрожало от напряжения и страха.