Убить кукловода

Надо же, пожалуй, я впервые за всю свою жизнь вижу хекский рассвет. А ведь прожила здесь столько лет.

Стоило признать, зрелище впечатляло. Небеса над моей головой полыхали столь невероятным сочетанием цветов и оттенков, что на миг я почувствовала досаду — и почему раньше мне не пришло в голову полюбоваться этой картиной?

— Правда, это завораживает? 

Я вздрогнула от вкрадчивого голоса, прозвучавшего мне прямо на ухо. Повернула голову и увидела Луциуса, который лежал рядом со мной, опершись локтем о мягкую подложку своих чар, и с интересом наблюдал за моей реакцией.

— Да, — со вздохом невольного восхищения признала я, поскольку не видела никакого смысла в том, чтобы отрицать очевидное. И опять замерла, зачарованная буйством красок над моей головой. 

Перед столь величественной картиной я как-то неожиданно растерялась. Да, разумом я осознавала, что сейчас не время и не место для праздного восхищения красотами родного мира. Рядом со мной находился мой злейший враг, который наверняка ждет удобного момента для нападения.

Но все доводы здравого смысла отступали перед осознанием того, что, вполне вероятно, я больше никогда не переживу столь необычный момент.

— Я знал, что тебе понравится. — В голосе Луциуса прозвучало нескрываемое бахвальство. — Все-таки все вы, женщины, в чем-то одинаковы. Обожаете подобные ситуации, хотя порой вслух клянетесь в том, что якобы совершенно не романтичны.

Я вновь повернула голову и внимательно посмотрела на Луциуса.

Тот встретил мой взгляд с привычной саркастической ухмылкой, однако на дне его зрачков я заметила отблеск иного чувства. Чего-то, что больше всего напоминало мой собственный восторг. Хм-м, сдается, чувство романтики не чуждо и Луциусу. Правда, все равно непонятно, ради чего он устроил все это представление. Уж больно оригинальный способ он выбрал, чтобы продемонстрировать мне своеобразную прелесть хекской зари. Не говоря уж о том, что отношения между нами, мягко говоря, не располагают к подобным сюрпризам.

— О да, ты, безусловно, знаешь, как произвести впечатление на девушку, — с нервной улыбкой ответила я. — У меня вся жизнь перед глазами промелькнула.

— Можешь не благодарить, — вальяжно отозвался Луциус. Наклонился ко мне и заговорщицким тоном прошептал. — И потом, Доминика, это была всего лишь прелюдия. Так сказать, легкая закуска перед основным блюдом, призванная разжечь аппетит.

Я мгновенно напряглась.