Тридевять земель

Чистейшее постельное бельё, и шкафчик рядом с кроватью – тоже набит как едой, так и напитками. В банках. Причём банка самоуничтожающаяся: Артём налил себе минеральной воды (надписи все, что характерно, только по-русски), выбросил смятую банку в корзину для мусора – банка в полёте ещё рассыпалась мелкими крошками. Специально заглянул потом в корзину – ничего не осталось. Вот это номер!

Это не Земля, уже понятно. А что это? Почему есть Рим, за который не так давно была битва (понять бы, с кем именно бились)?

Сплошные вопросы.

Организм принял простое решение, когда понял, что мозг и не думает переставать искать ответы. Артём едва успел снять верхнюю одежду – так внезапно и сильно захотелось спать.

День 2. Рим как он есть

Проснулся он – как всегда: полежал, не открывая глаз – одно из упражнений, чтобы подготовиться к наступающему дню. 

И понял, что обстановка другая. Не та, где вчера лёг спать – жилая, но всё-таки чужая обстановка каземата, или как назвать эту небольшую крепость, умело замаскированную под ветхий дом.

И голос. Кто-то неподалёку что-то напевал. Женщина. 

Удалось всё-таки проснуться. Артём подавил в себе желание вскочить, и завопить что-нибудь вроде “ура” – Инга таких действий не любит. Ведь это же её голос – значит, она всё-таки вернулась. Сейчас первым делом извиниться, и с этого дня обязательно взяться за ум. Нет, но какой сон, а?

— Инга, я... – Артём уселся, по дороге открывая глаза, и потерял дар речи.

Рано радовался. Непонятно, где он – и непонятно, с кем.

Комната другая, это не каземат. И непохоже на темницу, в которую поначалу грозились отвести. Но убранство комнаты и остальное вылетело из головы – спиной к нему стояла женщина – это она что-то напевает – и одевалась. Собственно, она и так одета – длинное платье, домашние, видно, туфли, а сейчас надевает украшения. Сплошь серебро, или что-то похожее – пока Артём пытался понять, что творится, женщина надела поверх причёски тонкий сверкающий обруч и оглянулась.

Даже лицом похожа на Ингу – светловолосая, сероглазая, овальное лицо.

Лет тридцати на вид. Вот это я попал, подумал Артём, искренне надеясь, что не выглядит полным идиотом.

— Я уже беспокоиться начала, – улыбнулась она. И голос похож! – Хвала небесам, ты проснулся! Дай мне браслеты, пожалуйста.

— Какие браслеты? – не понял Артём.

— Под подушкой, – пояснила женщина, продолжая улыбаться. Артём засунул руку под подушку. Ничего.

— Под другой, – уточнила женщина, и в голове у Артёма всё смешалось.