"Театр в провинции"

В голову снова полезли тоскливые мысли о том, что жизнь, в общем-то, прожита, и прошла она как-то нелепо. Потом вспомнился злосчастный скандал в театре, и мне стало совсем паршиво. К тому же в комнате становилось все холоднее и холоднее. Я повертел в руках колченогий стул, и решил, что пары таких раритетов для проживания здесь будет вполне достаточно.После чего разломал предмет мебели, давно уже не украшавший помещение, затолкал обломки в жерло камина и поискал глазами подходящую для розжига бумагу. В отведенной мне комнатке ничего подобного не было, но зато я вспомнил, что, вроде бы, видел на первом этаже кипу каких-то пожелтевших газет.

Стараясь производить как можно меньше шума, чтобы не потревожить «хозяев», я осторожно спустился вниз. Сунул газеты под мышку и только сейчас заметил валяющиеся под кривым стеллажом книжки. Видимо, библиотекари впопыхах забыли о них или просто бросили, как морально устаревшие. Ну а для меня, уже смирившегося с мыслью о бессонной ночи, эта находка оказалась просто редкостной удачей! Я торопливо сгреб книжки и поспешил к себе.

Минут через десять в камине весело гудел огонь. Языки пламени жадно сглотнули газеты и теперь неистово плясали на полированных останках несчастного стула. Оставшуюся бумагу я постелил прямо на пол, сел возле камина и повертел в руках найденные печатные издания. После чего хмыкнул, осознав, что не так уже мне и повезло. Кислотно-яркая обложка первой книги надежд на умное содержание не оставляла.

- «Поцелуй гадюки» - громко и с выражением прочел я вслух название, после чего пару секунд размышлял: а не отправить ли мне сей «шедевр» прямиком в огонь?

Потом все же решил приберечь на растопку и запустил «гадючьей» книгой в угол.

И распахнул вторую. У этого опуса переплет отсутствовал вовсе, поэтому понять, что за жанр мне подвернулся, с ходу не вышло. Я уткнулся взглядом в страницу и тут же поперхнулся, зачитав следующее:«Я хочу тебя всеми возможными способами! – прошептала Мэри. Джон издал низкий протяжный стон и вошел в нее глубоко и надолго».

- Вот не понял, это дамский роман или инструкция к кухонному комбайну? Странные, однако, книжки попадаются в детских библиотеках! - рассуждал я, когда безумная история Мэри и Джона летела в угол прямиком к эпопее о поцелуях пресмыкающихся. После столь проникновенных слов дальше в «дамском романе», насколько я понял, шли исключительно глаголы: взял, вставил, повернул.Впрочем, черт с ними! Пора ознакомиться с третьей книжкой.