Суженый

Кто знает, жив ли их сын с невесткой или нет? Да, пока ни один пропавший не найден, и это заставляет надежду гореть.

Маргарита ковырялась в торте и строчила сообщения мужу, оставшемуся в Париже. Она казалась безучастной, однако внимательно следила за рассуждениями матери. Ее лимонные волосы выглядели растрепанными, напоминая воронье гнездо. Неудивительно, женщина теперь вела ночной образ жизни: днем спала, вечером ходила к Ольге Аркадьевне, помогала с настойками и зельями или пыталась вмешиваться в расследование.

Как правило, ее быстро выгоняли. Самостоятельные поиски пока тоже не давали результатов.

Сюзанна сидела и дымила. Она старалась не выходить из дома, добровольно заперев себя в четырех стенах. На самом деле, девушка вновь и вновь обращалась к духам, но они не отвечали. Раскладывала карты, но результат повторялся, предсказывая Смерть и Разрушение. Поэтому Сюзанна несколько растеряла уверенность в своих Силах. Несостоятельность для опытной ведьмы сущий кошмар!

– Я уверена, что эта змея, Покровская, причастна к сегодняшней проблеме, – в который раз повторила Азалия.

Чашка из дорогого фарфора звякнула о блюдце. Тоже подарок бабули, кстати. Они тогда во Львове жили.

– Мама, у тебя нет доказательств, – повторила снова Маргарита, не отрываясь от телефона. Ее муж недавно пришел с работы и делился тем, как прошел день. Сообщения вызывали у ведьмы легкую улыбку, в груди теплело. Как хорошо, когда любимые рядом. Пусть и мысленно. Разве еще сто лет назад кто-то в подобное поверил бы?

– Иногда доказательства не требуются, дорогая, – снисходительно произнесла Азалия.

– Когда осведомлен о привычках человека, знаешь, чего от него ожидать. Любовь доказала поступками свой характер.

– Ты, бабушка, очень проницательна, – буркнула Сюзанна. Она выглядела не лучше матери, потому как постоянно спала, пила кофе и курила.

– Ты права, милая, – согласилась Азалия. – Поэтому я пригласила ее сегодня к нам.

Маргарита оторвалась от телефона, Сюзанна выронила мундштук. Даже всегда молчаливый Семен Николаевич удивился.

Вопрос так и просился с их губ.

– Какой в этом смысл? – Маргарита недоумевала. – Ты устроишь допрос с пристрастием?

– Нет, конечно, – Азалия поморщилась. – Я просто спрошу, что она задумала.

Сарказм не выскочил изо рта Сюзанны – в дверь позвонили. Вспомнишь гостя, вот и он. Любовь Фридриховна появилась в их кухне с видом величайшего одолжения. Она присела на стул, держа спину прямо, будто носила корсет каждый день.