Суженый

Провести вечность в одном месте, что никогда не меняется, показалось ей очень жестоким.

– Не знаю. Я сомневаюсь. Ты хочешь подсказку, Ксения? – резко сменил тему собеседник. – О том, кто я?

– Да, хочу.

– Когда только родился мир и Ряба снесла яйцо-Солнце, – начал он, – жил да был бог, которому наказали собирать души умерших. Люди считали его злым, ведь он разил стужей и лютым холодом. Они приносили ему жертвы, дабы задобрить. Никто не хотел внезапно умереть в молодом возрасте. У бога имелся длинный серебряный жезл, могущественный, спрятанный в нескольких животных: медведе, ястребе и белухе.

Однако однажды бог вышел из повиновения – жизней сокращалось больше, холод становился нестерпимее, лед отбирал клочок земли за клочком. Люди, спасая жизни, бежали на юг, где ходили слухи о другом, теплом и жарком божестве. И он принял их, укрыл в лесах, дал пищу и, главное, смог топить лед, чего ранее никогда не было. Люди ликовали. Боевой дух возрос, они желали дать отпор.

Суженый замолчал. Ксюша никогда не страдала от плохого воображения.

В голове появлялись жуткие образы. Мужчина продолжил рассказ:

– Никто из них не понимал, что из яйца родилась двойственность, что вещи не делятся на два цвета. Чтобы победить злого бога, необходимо завладеть жезлом. Бог ни жив, ни мертв. Стоит оборвать нить с жезлом и животными, он окончательно уйдет. Нужно прокрутить колесо времен в обратном направлении.

– Он умер? – в горле у Ксюши снова стало сухо.

– Возможно. Новый бог победил противника его же оружием.

Теперь они молчали вместе.

Черныш до этого тихо спавший, издавал заунывные поскуливания, будто тоже слушал и переживал.

– Какие у тебя интересные узоры, – заметил суженый, повернувшись к печальной девушке. Ксюшу тронула история до глубины души. Значит, он божество. В животе у нее резко похолодело. И ей это напророчили Доля и Рок? Разве обычная ведьма восемнадцати лет подходит такому, как он?

– Они появились благодаря нашим встречам, – произнесла Ксюша, не зная, что делать.

Он взял ее руку и поднес к своей щеке.

Его кожа была теплой. Неожиданно, после того жуткого рассказа. Ксюша положила вторую руку на другую щеку. Теперь они сидели практически вплотную.

– Что чувствовал бог, выполняя работу? – спросила она тихо.

– Ничего. – Последовал такой же тихий ответ. – Лед не дышит, не живет и не чувствует. А, следовательно, не любит и не ненавидит. Его реальность не менялась, и он считал это нормальным.

– Как больно так жить.

– Нет, потому что боль тоже не чувствуешь.