Элантида. Книга 3. Сквозь Бездну

Они могут принять условия твоей игры и действовать так же, как ты, только более искусно. Они легко обыграют тебя на твоем же поле, по твоим же правилам. Они видят тебя насквозь – все твои мысли, твои чувства… Потому что они инакие…»

Послушать Инквизитора – так эльфы вообще мировое зло. Впрочем, нечто подобное он и говорил какому-то наивному адепту. Но там понятно – парнишка был фанатик фанатиком, а ее-то какой смысл запугивать Перворожденными? Чтобы до конца осознала торжественность своей миссии? Хотя, что там осознавать, она же не за идею трудится…

Она трудится исключительно за деньги… А еще за положение в обществе и… собственную жизнь.

Интересно, а если вообще не возвращаться в Эвенкар, если остаться в Чертогах навсегда, принести клятву верности их Владыке, то Королевский Суд или Святой Орден сможет ее затребовать для приведения приговора в исполнение?  

– Наэлла!

– Прости, я задумалась, – девушка непроизвольно провела рукой по лбу.

– Так куда ты собрался?

Эльф опустил ресницы. 

– Это не объяснить. Я покажу дорогу, – повторил он.

– Хорошо, – нахмурилась девушка. – Но обещай… нет, поклянись мне, что не умрешь.

Перворожденный развел руками.

– Такой клятвы тебе не сможет дать ни одно живое существо…

– Тогда – что вернешься оттуда вместе со мной.

Он спокойно и внимательно посмотрел ей в глаза.

– Нет, – после продолжительного молчания произнес он. – Я не буду давать тебе никаких клятв.

Просто отведи меня.

Наэлла отказалась. Категорически. Он не стал настаивать. 

Солнце еще не успело поменять своего положения на небосводе, как в тайный домик Владыки в сопровождении бледного как смерть молодого ученого Лантанэля, разгоряченной от волнения Хранительницы Садов Латифы, а также готовых к любым решительным действиях лучших эльфийских стражей, вихрем влетел министр Талиэн. 

Только благородное воспитание, полученное Перворожденным с детства, а также высокое положение в обществе, которое он занимал вот уже несколько десятков лет, помогло ему не только не разразиться отборными оркскими ругательствами, которые, всплыв из каких-то глубоких слоев памяти, почему-то сейчас так и просились на язык, но и также сохранить лицо, как и полагается, настоящему высокородному эльфу, который имеет полное право гордиться своим происхождением.