Призыв

 

— Садитесь, садитесь, у меня ничего металлического! — улыбался парень во весь рот. — Я знаю, вам нельзя, а у меня всё пластиковое! Вы устали, да? Вы кого-то сейчас лечили? 

Я уже сидела рядом с ним, покорно кивая и беспомощно улыбаясь. 

— Вам в Шары? 

— Н-не знаю… - шепнула я. — М-мне т-ту… туда! 

Парень проследил за моим слабым взмахом. 

— А, ну так там же и есть Шары. Ну, Ша-ры, город такой, да? 

Я слабо помотала головой: 

— Н-не знаю я. Мне просто туда, там… 

— Там зовут? — понимающе кивнул парень.

 

— Угу, — отозвалась я. — Зовут. 

— А я живу в Шарах, недавно, конечно, но уже порядком, а до этого мы жили в Субинке, правда, родился я вообще в Таянске… — моему спасителю-водителю не требовалось никакой реакции с моей стороны, он щедро выплёскивал сведения о том, где родился, куда переселился, зачем переезжал и где побывал.

Мама оставила попытки научить меня разбираться в географии уже очень и очень давно. Если я слышала Призыв, мне не нужно было даже компаса, Призыв вёл с первого шага и до последнего.

Заканчивая работу, я закрывала глаза, представляла себе маму, и снова не нужно было даже вспоминать название улицы, на которой живу. Сколько раз бывало, что возвращалась к маме на работу, или в магазин, или на базар, или в гости к подругам. Как-то раз меня пытались изучить лекари, обвешали какими-то датчиками, но они на мне сбоили, выдавали парадоксальные показания и тихо-мирно переставали работать вовсе.  

Парусная лодка, деревянная на вид, стремительно скользящая вперёд на гравитационной подушке, мягко покачивалась, убаюкивала.

Я задремала под мерный шелест салатового паруса. Сначала видела, как разрастается на горизонте прямо по курсу горстка пёстрых камешков — город Шары. Потом провалилась взглядом в бескрайнюю синеву и ожидание, что уж в этот-то раз непременно увижу во сне тот странный дом, тёмный силуэт, ощущу тёплые руки… нет, никогда во сне Мой Мужчина ко мне не приходил. Не пришёл и теперь. 

Солнце уже спряталось, и только пёрышки облаков в небе, подсвеченные малиновым из-за горизонта, напоминали о том, что оно продолжает светить где-то там, пусть мы его и не видим.

 

Ну, ничего. Скоро я доберусь до призывающего, и, пусть ценой прикушенного языка и сорванных мышц — блин, второй раз за день, а такое всё-таки нечасто бывает! — увижу его и целую бесконечную секунду, или даже две, буду чувствовать его прикосновение. 

— Проснулись? — участливо осведомился парень.