"ЗОВ СИРЕНЫ"

Над последним сообщением Катя фыркнула. Привык командовать. И тут мурашки поползли по коже: «Рик откроет на тебя охоту. Ты сама не поймешь, как окажешься у него в постели». Катя покусала губы. А что, если она вернется в Россию? Найдет дешевый авиарейс, вернется… Черт! У нее же паспорт украли! Значит, сначала придется идти в консульство. Быстро сбежать не получится. А Рик, похоже, привык получать свое сразу.

Катя откинулась на подушки и закрыла глаза. Рик очень красивый и притягательный. Она не устоит.

Покусала губы. Стефано и его мягкая улыбка, ненавязчивые прикосновения. Ревнивый взгляд Соломеи. Стефано может стать ей хорошим другом.

А еще есть этот хищник, который вонзает кинжалы взглядов ей под кожу. Он может быть опасен.

И этот аноним…

Куда ты, Катя, влезла?

Сон не шел. Она крутилась на простынях, то заворачивалась, то раскрывалась. А под утро, когда забылась сном, ей приснилась бабушка Клара.

У нее было благородное лицо. Тонкий прямой нос, большие глаза, чей огонь с возрастом не угас.

Бабушка Клара во сне Кати сидела за столом напротив нее, положив руки одна на другую.

- Пути назад нет, Катенька, - тихо ответила она с только ей присущим мягким акцентом. – Ты сама это понимаешь. На попятную не пойдешь. Остается только одно: разбежаться и взлететь.

- Я хочу обратно, - взмолилась Катя. – Это мышеловка!

- Так сделай из нее взлетную полосу.

- Я не смогу! Мне страшно... Бабушка!

- Страх – это нормально, Катя. Всем бывает страшно. Не бойся бояться. Помнишь, как Шура говорит? «Побоялся, да постарался. Страх ушел, итог остался». Нет другого выхода, милая. Ты старательная. Все получится.

Она гладила руку Кати своей морщинистой рукой, улыбалась. Катя почувствовала страшную тоску по ней и перешла на испанский – их секретный, домашний язык.

- Я так сильно скучаю по тебе... – комок в горле душил ее слова.

- Я знаю, - в темных глазах бабушки Клары тоже блестели слезы. - Прости, что не успела попрощаться. Но я всегда рядом.

Она останется. Анхель увидел это сразу. Девушка избегала поднимать на него взгляд, сидела тихо, пока домработница накрывала им завтрак. Когда она вышла, он налил Катарине апельсинового сока из кувшина, положил омлет.