Жила-была Хозяйка, или Дорогами иных миров

Павел мерял широкими шагами коридор. Внутри все клокотало от злости.

Она опять ушла туда одна! Он с трудом удержался, чтобы не сказать вслух все, что думает о сумасбродной Хозяйке и её самостоятельности! Хорошо, Вальди с собой взяла, а то было бы совсем погано.

- Видишь?

Рагмарио выглядел таким довольным, словно перед его носом помахали должностью президента.

- Конгресс не зря опасается за судьбу Проекта. Или ты считаешь, это нормальным?

Наблюдатели… Еще одна головная боль. Ходят, смотрят, делают свои выводы и докладывают.

А уж что там выдадут правители, собравшись на Конгресс… С них станется для собственного спокойствия потребовать взять Проект под полный контроль. В чем-то он их понимал. Аню, порой, придушить хочется, но и губить девчонку жаль.

- Нормально, - сказал исключительно, чтобы позлить наблюдателя, - а ты хотел, чтобы Хозяйка сидела в комнате и боялась высунуть за дверь нос? Мы как-то забываем, что это её миры, и она имеет полное право по ним ходить.

- Вижу, ты теряешь связь с реальностью, - лицо Рагмарио застыло, став напоминать собой маску, лишь по глазам можно было догадаться, что наблюдателя душит злость, - или готов загубить Проект ради местной шлюхи? Кривишь рожу? Как будто сам не знаешь, они здесь все помешаны на физиологических удовольствиях.

Ради них готовы с первым встречным…

- Заткнись, - выдавил с трудом. В голове шумел, он с трудом мог себя контролировать, останавливало одно – начни сейчас драку и точно вылетит с Проекта. Эта… мстительная сволочь не остановится, пока не добьется его увольнения.

Павел и сам хотел уйти. Это была правда. Здоровый мужик, сильный маг, он мог бы принести много пользы своему миру, спасти не одну жизнь, а вместо этого в няньках у девицы. А Проект… три года отдал ему, достаточно. Пусть другие здесь прохлаждаются.

Но и уйти прямо сейчас, без подготовки, означало бросить Аню на растерзание наблюдателям. И это была другая правда. Взбалмошная, упрямая, но добрая и отзывчивая девочка и неделю не продержится, наделает глупостей, не понимая, какой будет расплата.

Сожрут её твари, не побрезгуют. Нет, нельзя её бросать вот так.

- Заткнись, понял. И учти, - он уже успокоился, голос звучал ровно, - я за тобой слежу. Один прокол, и ты отсюда вылетишь, понял? И если думаешь, что о твоих походах в этот мир никто не знает, ошибаешься. Мне плевать, куда или к кому ты шастаешь. Хочешь и дальше получать удовольствие, заткнись. Мы с тобой в одной лодке, как здесь говорят.