Жила-была Хозяйка, или Дорогами иных миров

Впрочем, для тебя я выбрал блюда помягче, - и маг чуть усмехнулся: – Ах да, прости, я не посоветовался с тобой.

- Почему теневики? – спросила вдруг Анна, меняя тему разговора. Девушка подалась вперед, положив руки на стол и вперив в молодого человека строгий взгляд.

- А… пустое, - поморщился тот и потер подбородок, - впрочем, ничего страшного не случится, если узнаешь. Одно из наших подразделений… Хотя погоди, - он остановился, качнул головой – то ли удивленно, то ли озадаченно, - сначала ты. Что сказали болотники?

- Теневики – это не название вашего народа, - Анна провела пальцем по блестящей поверхности стола, рисуя узор, - это прозвище одного из ваших, гм, боевых подразделений.

Полагаю, они первые столкнулись с переселенцами, когда те проводили разведку в вашем мире. Так?

- Я всегда знал, ты – умная девочка, - Тагир расплылся довольной улыбкой. – На самом деле у них другое название, но так как они предпочитают появляться из тени, твои сырые друзья решили наградить их этим глупым прозвищем.

А потом так стали называть любого из моего мира. Идиоты! – и он выразительно пожал плечами.

- Тагир! – нахмурилась девушка, не разделяя чувств мага. - Они были практически детьми, подростками. Зачем такая жестокость?

- Зачем? – мужчина наклонился, почти касаясь грудью стола, в черных глазах вспыхнула злость, и они потемнели. – А затем, милая моя и жалостливая Хозяйка, что когда в твой дом вламываются незваные гости и начинают его ломать, ты будешь его защищать, невзирая на возраст хулиганов.

Потому как этим детям, - он сделал ударение на последнее слово, - кто-то дал оружие, артефакты, кто-то вложил в их головы идею захвата нашего мира, кто-то пропустил их в портал и не остановил. И я готов съесть этот бокал, - Тагир кивнул на высокий, стеклянный фужер, - если ими не руководили взрослые. Например, твои драгоценные болотники, которые уже тогда понимали, что долго в своем болоте не высидят. И если бы не умер хранитель порталов, кто знает, чем дело закончилось на самом деле. Может, они и повторили бы свою попытку.

- В тебе говорят злость и обида за убитых сородичей, - качнула головой Анна, -но они кровью заплатили за свою ошибку. И кровью своих детей. Неужели нельзя было решить вопрос иначе?!

- Иначе? – вскинул брови Тагир. – Подарить им кусочек нашего мира?

- Но они умирают! – крикнула Анна, ощущая, что её все больше захлестывает отчаяние. Стоило признать, попытка примирения вышла донельзя глупой.